Спасти эльфа

Воины, впечатленные зрелищем, размахивали руками, ревели, подбадривая то Мериду, то — о, чудо! — пленника. Кто-то бросил советнице щит, которым она в последний момент закрылась от меча. Лезвие с треском вонзилось в дерево, и в стороны полетели щепки.

Мне показалось, что Мерида выдохлась, но уже в следующую секунду она обрушила на эльфа град ударов, тесня противника к пламени костра. Под ногами Ильди хрустнуло обугленное дерево. Огненные языки потянулись к одежде. Еще чуть-чуть и… Мое сердце замерло, но не успела я испугаться по-настоящему, как пленник уже оттолкнул советницу и отвоевал себе немного пространства.

— Давай! Давай! Давай! — скандировали солдаты.

В уши врезался чей-то свист.

Яростно сражаясь, противники приблизились ко мне. Теперь они рубились совсем рядом, и я могла видеть испарину на лбу эльфа, слышать хриплое дыхание Мериды, чувствовать острый запах ее пота.

Лезвие меча чирикнуло по магическому доспеху. Ответный выпад заставил Мериду взреветь от боли и отшатнуться, зажимая ладонью бок.

«Нет!» — закричала я внутри собственной головы, потому что знала, догадалась, что за этим последует.

Сострадание — слабость.

Поражение — уловка.

Промедление — смерть.

Мерида оказалась рядом с Ильди раньше, чем я успела моргнуть. Раньше, чем пленник сообразил, что на его милосердии сыграли.

— Попался, зайка, — шепнула советница, а потом скосила взгляд в мою сторону. Очень говорящий взгляд. Она словно спрашивала: «Что ты будешь делать?»

* * *

Эльф тяжело дышал. Его широкая грудная клетка судорожно вздымалась. Факт собственного поражения дошел до Ильди не сразу, но, когда пленник осознал случившееся, его глаза наполнились ужасом. Он проиграл. Проиграл!

На его прекрасном лице проступило беззащитное выражение.

Ильди помнил условия поединка. Знал, чем закончится для него ночь в случае неудачи — очередным изнасилованием. Он согласился отдаться тому, кто возьмет над ним верх.

Мериде.

Советница ухмылялась, глядя мне прямо в глаза. Хотелось сломать ей руку, держащую меч, свернуть шею и насладиться хрустом позвонков.

«Что ты будешь делать? Отдашь его мне? Отдашь?»

Гори в аду, дрянь!

Ильди посмотрел на меня в панике, как на последнее спасение.