Спасти эльфа

Я дернулась, чтобы помочь ему вытащить Эвера из трясины, но в этот момент кожаный пояс, стянувший шею Иданн, затрещал и лопнул, а ее тело начало меняться. Оно росло, раздавалось вширь, покрывалось чешуей. За спиной распахнулись огромные черные крылья с костяными шипами.

Дракон! Иданн обращалась в дракона, а я… не могла. Все еще не могла принять звериную форму. У меня не получалось. Никак. Совсем.

Пальцы задрожали. В груди похолодело. Против дракона мне не выстоять. Все эти фокусы с мечами, созданными из древесной ветки, для гигантского ящера — пшик.

У него бронированная шкура, когти длинной с мои предплечья, зубы, пробивающие любые доспехи. Дракону даже не надо ничего делать: он наступит на меня своей исполинской лапой и разделается с врагом в два счета.

Побелев от ужаса, я попятилась. Огнедышащий змей поднялся на задние лапы и взмахнул крыльями. Широкие, кожистые, они закрыли небо. Жуткие челюсти разомкнулись, и в темные тучи ударила струя пламени.

Все кончено. Иданн меня убьет.

Что я, слабая девица, триста лет просидевшая взаперти, могла противопоставить дракону? Свои бытовые чары? Превращу я очередную палку в меч — а толку? Эту толстую шкуру снаружи ничем не пробить. Ни мечом, ни стрелой, ни заклинанием.

Стоп!

Снаружи…"

"Мысль, пришедшая в голову, ударила наотмашь. Она была безумна. Она стала откровением.

Бытовые чары. Самое безвредное колдовство. Так считала мать, позволившая мне развивать свой дар только в одном узком направлении. Так считала моя безумная сестрица, сказавшая, что из меня готовили служанку, а не королеву.

Но еще она сказала: «Когда ты становишься излишне самонадеян, это заканчивается смертью».

Мгновение назад я была в отчаянии, сейчас — полна решимости. Мгновение назад дракон ревел от ярости, показывая всем свою мощь, теперь — от боли. Его могучее тело содрогалось в муках, огромные крылья хлопали, хвост бил по земле, по болотной жиже, поднимая огромные брызги и окатывая меня грязью. Шипастая голова моталась из стороны в сторону.

Ранить дракона снаружи, пробив бронированную чешую, было нельзя. Снаружи. Но не изнутри.

Обратная трансформация произошла незаметно. Только что передо мной была клыкастая махина, извергающая огонь, и вот опять Иданн в своем человеческом обличье.

— Что ты делаешь? — простонала она, схватившись за свою окровавленную грудь, из которой наружу лезли все новые и новые гибкие стебли.

Чары трансформации — разновидность бытовой магии.