Совершенные

Снова и снова!

Я закрыла лицо руками, полностью обессилив. На дне снежного ущелья некоторое время царила тишина, только ветер завывал. Август молчал, но я боялась убрать руки и посмотреть ему в глаза.

– Кассандра. – Судя по голосу, он стоял совсем близко. Вздохнув, я все-таки убрала ладони. В глазах Августа плескалось отчаяние. – Я должен вернуться. Я не могу их бросить. Там Ирма и Зоя, там все… Я должен вернуться и помочь им.

– Тебя убьют, – уже без сил произнесла я. Но к отчаянию Августа добавилось его упрямство.

– Я попытаюсь подняться там, за склоном. Тебе лучше остаться здесь, можно поискать укрытие….

Наверху что-то грохнуло, зашуршало, оглушающе хлопнуло, и…. дом исчез, а на нас посыпались камни.

Август среагировал мгновенно. Затащил меня под узкий козырек скалы, швырнул на снег и накрыл своим телом. По его спине и плечам забарабанили мелкие осколки камнепада.

Мы лежали, тяжело дыша, пока камни не прекратили сыпаться. А когда выбрались и посмотрели наверх… на уступе, где недавно нависала терраса, стоял столб дыма и пыли, а вот дома… дома больше не было.

Дух господина Клауса вернул свою собственность на место, в Староград.

Август посмотрел на пустой заснеженный уступ и вдруг с силой ударил кулаком по скале. Я прижалась спиной к камням, глядя на яркую кровь, капающую с его руки.

Перед глазами все еще стояли мертвые глаза Паука, умоляющие – Фиби, и разъярённые – Дамира. И синее сердце на груди Иглы-Зои. Маяк, приведший инквизиторов в укрытие деструктов.

Я не удивлюсь, если Август решит закопать меня в этом снегу и забыть, как страшный сон.

– Они ушли, – прошептала я. – Август, деструктов не тронут. Отправят в Пески, но… не убьют ведь? Слышишь меня?

Он сидел на снегу, сжав голову руками. Может, он меня и не слышал. Может, и к лучшему, потому что моим словам не хватало уверенности.

Мой мир перевернулся с ног на голову, и я уже не знала, что в нем правда.

– Август? – Голос прозвучал жалобно.

Он поднял голову, долгим взглядом посмотрел на уступ, который засыпало легким снежком.

Убьет меня? Оставит здесь и уйдет?

– Через несколько километров начнется спуск, и мы выйдем на плато, – негромко произнес Август.