Сонька Золотая Ручка. История любви и предательств королевы воров

Барон, который лишился денег, не мог пойти на убийство. Не тот человек… Но когда Красавчик садился в вагон, туда вошли двое. Они нам не показались. Сразу было видно — гнилые. У одного большой шрам через все лицо. Второго не запомнила. Думаю, они убили и взяли деньги.

— Кто вас возил по Ницце? — спросил Улюкай.

— Я его не знаю. Человек Красавчика. Сидел себе, гнал лошадей, ни во что не вмешивался… — И тут она вспомнила: — Хотя вот что: когда мы отпускали барона. Красавчик дал ему пачку денег. Как благодарность.

— Мы найдем, — сказал Улюкай. — Обязательно всех найдем и накажем. Теперь мы знаем, кого искать.

* * *Сонька в сопровождении Улюкая вошла в парадный подъезд невысокого дома и поднялась по узкой лестнице к дверям квартир. Подошла к одной, потянула за шнурок звонка. В руках Сонька держала сверточек с Михелиной.

Дверь открылась, и на пороге возникла пани Елена. От неожиданности она даже вскрикнула, обняла гостью за плечи, втащила в квартиру:

— Маруся! Смотри, кто к нам приехал!

В коридоре появилась сестра пани Елены, всплеснула руками:

— Господи… А мы уже и не чаяли!

Пани Елена взяла из рук Соньки Михелину, заглянула в конвертик.

— А это кто у нас?

— Михелина.

— Чудо! Красивое имя, — женщина хитро посмотрела на гостью. — А теперь взгляните еще на одно чудо. — И позвала: — Таббочка, солнышко, иди-ка сюда!

В глубине квартиры возник колобочек трех лет и на полных ножках охотно покатился к взрослым.

— Ты знаешь, кто это?

Ребенок молчал.

— Ну, вспомни, о ком я рассказываю тебе каждый вечер?

— О зайчике, — ответила Табба и улыбнулась. — О зайчике и лисичке.

Сонька подхватила ее на руки, крепко прижала.

— Я мама… Я твоя мама, Таббочка!

Ребенок вдруг расплакался и стал вырываться, просясь к пани Елене.

— К бабе! Хочу к бабе!

Пани взяла ее, прижала к себе.

— Ну что ты, маленькая? Чего испугалась? Это твоя мама! Мама Соня!

От плача Таббы проснулась Михелина, и квартира наполнилась детским плачем.

Пани Елена ушла с ревущей старшенькой, Сонька принялась успокаивать младшую.

Улюкай, стоя в прихожей, беспомощно улыбался, не зная, чем помочь."

"— Ничего, привыкнет, — успокоила его пани Мария. — Первая встреча с мамой должна быть такой.

— Первая встреча может оказаться и последней, — ухмыльнулся вор.