Солнечная тайна Изабель

Всем моим планам пришел конец, потому что я не могла думать ни о чем другом, кроме как о своем ребенке. Успокоившись и умывшись прохладной водой, я нашла Густаво и попросила его узнать у Бруно, что нужно рабочим. Мне хотелось лететь домой, хотелось все рассказать мужу и утонуть в его теплых объятиях, наслаждаясь нашим общим счастьем.

Я ни минуты не сомневалась в словах Эдмунды и мысленно благодарила Бога за такой подарок. Беременность наступила очень быстро, и это уже само по себе было удивительно. Когда-то я читала, что в первый месяц незащищенных контактов процент зачатия составляет тридцать процентов.

Эти мысли роились у меня в голове всю обратную дорогу, и я счастливо улыбалась, глядя на изумрудные холмы и чистое небо, раскинувшееся надо мной голубым куполом.

Моя коляска уже въехала на мост, ведущий к замку, когда из арки показался всадник в темной одежде.

Так, это просто нервы. Мало ли кто это мог быть?

Но предчувствие меня не обмануло. Массимо был в кабинете, и когда я практически ворвалась туда, резко поднялся мне на встречу.

— Что за человек только что покинул замок? — я смотрела на мужа и понимала, что он сейчас скажет что-то плохое. Так и вышло.

— Это гонец короля, — муж подошел ко мне и взял мои дрожащие руки в свои большие и теплые.

— Какой еще приказ??? — от волнения к горлу подкатила тошнота, и я глубоко вдохнула. — Что он хочет от вас?

— На Севере Энталии орудуют контрабандисты. Король своим указом присвоил мне звание генерал-адъютанта и приказал взять на себя командование форпостом… — ответил Массимо и увидев, как я побледнела, прижал к себе.

— Тише, тише… Это еще не конец света… Милая моя…"

"— Он хочет нас разделить, — всхлипнула я, ощущая, как внутри появляется пустота.

— Сегодня же вы отправитесь к Доротее и Марселле, — муж посмотрел на меня спокойным и твердым взглядом. — Возьмите с собой Лучиану и мальчиков. Никто не узнает где вы. Думаю, что я пробуду на Севере не более полугода.

— Я не хочу прятаться! — мне было больно от такой несправедливости. Как можно ломать чью-то жизнь? Чье-то счастье? — Массимо… У нас будет ребенок.