Солдат Империи (СИ)

— Вера Анатольевна приглашает вас на маленький банкет по случаю её пребывания на борту теплохода «Волжский скороход».

— Пойдём? — Владимир вопросительно посмотрел на Надю."

"— Э… понимаете, количество мест ограничено… — Начал было пианист.

— К сожалению, гражданин, мы не можем. — Володя развёл руками — Мне с подругой нужно срочно обсудить брачные ритуалы племени «ordinarius magister[2]» Среднего Поволжья России. Честь имею. Владимир кивнул пианисту, и подхватив подругу под локоть, повёл к буфету, рассказывая что-то из Вознесенского млеющей Надежде.

А вот народную артистку и обладательницу премии Российская краса, при сообщении об отказе скрутило словно спазмом, от чего она, вытащив пробку из коньячной бутылки и не наливая в рюмку или бокал, прижалась губами к горлышку, сделав несколько больших глотков.

Она не привыкла к отказам. Она вообще ни разу не получала отказа, даже если это касалось игрушек в детстве, маленьких капризов в юности, и больших запросов в зрелости.

Да и в театральном институте она была звездой, за благосклонность которой соревновались все от преподавателей до студентов, и уже тогда у неё появились первые «друзья» среди высших чиновников империи, исполнявшие её прихоти. Да с годами, всё стало чуть менее активно, но она всё также не получала отказа ни в чём. Квартира на Бульварном Кольце — пожалуйста. Новейший лимузин «Москва» — вот он. И так далее. Тем болезненнее прозвучал отказ какого-то пацана. Ракитина сделала ещё один глоток, и стёрла жгучую жидкость с губ.

— Так. Узнай мне про него всё, и даже больше. Где живёт и всё такое. И будь готов пригласить к нему парней Севы Новоградского.

Если бы Владимир узнал о такой острой реакции кинодивы, то скорее всего бы потоптался на её самочувствии ещё более грубо. Но к счастью для Ракитиной, он был так поглощён Надей, что совершенно проигнорировал обиженную даму.

На московском причале, теплоход встречала бравурная маршевая музыка, и толпы зевак, прогуливающихся в красивейшем месте столицы — Долгоруковском водохранилище, где находился Северный речной вокзал, построенный по проекту ректора Архитектурной Академии Петра Сабитова.

Так как ему не требовался носильщик, Владимир подхватил саквояж, взял на руку пальто, и пошёл на выход. Все слова были сказаны ещё накануне, даже состоялся короткий, но плодотворный разговор с генералом Исаковым, и молодой человек покидал теплоход с лёгким сердцем.