Служба устранения магических конфузов

Когда в воздухе напротив моего солнечного сплетения закружилось пять миниатюрных «водоворотов», я аккуратно дотронулась до одного из них пальцем, собираясь выпустить силу. Этого не потребовалось. От моего прикосновения «водоворот» тут же замедлился и пространство успокоилось.

– Ого! – удивилась я, а Рур удовлетворённо кивнул.

– Устрани остальные, – поторопил он.

Я опомнилась и потянулась к следующему. С ним всё получилось так же гладко, а вот вокруг прочих воздух уже начал густеть, и эти слои остаточной магии, пока ещё прозрачные и водянистые, после устранения воронок не исчезли.

– Попробуем ещё раз! – распорядился Рур. – Только в этот раз пауз не делай и постарайся убрать все воронки до того, как начнут появляться сгустки. А потом попробуем увеличить силу магического выброса. Я хочу понять, есть ли пределы того, что ты можешь подчистить самостоятельно.

Оставшееся время тренировки мы этим и занимались – Рурграс использовал всё более и более мощные чары, а я пыталась быстро устранить воронки, пока они не начали обрастать слоями сгустившейся магии. У меня получалось. С мелкими воронками хватало лишь взмаха руки.

Однако же когда они стали размером с ладонь и их количество существенно увеличилось, на устранение одной стало уходить больше времени. Приходилось прикасаться к ним чуть дольше, чтобы пространство полностью успокоилось.

Из-за этого я успевала устранить максимум пять воронок до того, как вокруг остальных воздух начинал подёргиваться водянистой плёнкой.

– Очень неплохо, – подытожил Рурграс после того, как мы вычислили максимальное количество магических «остатков», которые я успеваю убрать. – Это уже открывает мне доступ к существенным выплескам сил без последствий. Очень существенным. Думаю, тренировку можно считать оконченной.

К этому моменту вокруг творилось невесть что. Рурграсу надо было куда-то сливать магию, поэтому комната изменилась до неузнаваемости. Он создавал растения и живых существ из камня, потом начал преображать мебель…

Как объяснил мне Рур, преображение материи и наделение её жизнью было одним из самых сложных видов магии, особенно если материя настолько тяжёлая и неподдающаяся, как камень.