Следы сатаны

Никлас сел на лошадь. Виллему собралась сделать то же самое. Доминик не двигался.

— Нет. Он едет не на север. Они… да, едут туда же, куда и мы.

— Откуда ты знаешь?

— Как вам объяснить? Знаю и все. Это его чувства — он раздражен тем, что приходится ехать по лесу. Ему трудно все время ехать вниз.

— Неужели? А Элиса?

— Ее я не чувствую. Я ведь ориентирован на Ульвхедина. Но он очень возбужден. Может быть, из-за нее.

— Так чего же мы ждем?

Слова Никласа словно подстегнули всех, и они поскакали, что есть мочи.

Они уже переехали мост через Драмсэльва, когда Элиса заметила перемену в настроении Ульвхедина.

Теперь они ехали медленно. Шел крутой подъем, лес был густ.

Он был зол, просто в ярости. Она не знала причины. Она слышала, как он шептал замысловатые проклятия, цедя их сквозь зубы. Рука, обнимавшая ее, дрожала. Иногда его рука так крепко сжимала ее талию, что ногти впивались в нежную кожу и девушке становилось больно.

Элиса чувствовала, что жар у него еще не прошел.

Он сильно ослаб. Она подумала, что именно поэтому он так странно ведет себя.

— Тысяча чертей!

Прошло некоторое время. Он все еще находился в возбуждении. Это было странно и непонятно. Ульвхедин никак не мог понять, что с ним происходит.

— Что ты делаешь, чертова девка? — прорычал он.

— Я? — удивилась Элиса. — По-моему, я ничего не делаю.

— Ха! Ты пытаешься меня околдовать.

Ульвхедин попытался рассмеяться.

— Но я не умею колдовать. Я ведь не фру Виллему.

— Не говори мне снова про эту гадость!

— Пожалуйста, не ругайся так много, — тихонько попросила Элиса.

— Тем лучше!

Кажется, он немного успокоился.

Дорога пошла вниз. Элиса снова заметила беспокойство и возбуждение Ульвхедина. Бедняга не понимал, что с ним происходит.

Он был словно в опьянении, в каком-то трансе. Его руки судорожно гладили бедра Элисы, медленно скользя по ним вверх-вниз. Элиса задержала дыхание.

Немного погодя он положил свои сильные, большие руки ей на грудь. Прижал девушку к себе.

Элисе казалось, что он не знает точно, что надо делать, и как бы пробует себя.

Элиса сделала слабую попытку защититься:

— Пожалуйста…

Но ей было так хорошо, когда он гладил ее.

Девушка не видела его лица, но слышала его отрывистое дыхание. Она представила себе его закрытые глаза и слегка приоткрытый рот. Удивительное зрелище! Но все в последнее время было так странно! Кто-то словно открыл перед Элисой большие, чудные ворота.