Брачная афера, или Целительница в бегах

Госпожа Делфи предана мне и ничего никому не расскажет.

Форест произнес это так уверенно, что я не стала больше задавать вопросы. Да и сил на них не осталось, если честно.

Когда мы вошли в дом, он зажег небольшие светильники, которые тускло загорелись, разогнав тьму в небольшом коридоре. Мы молча поднялись на второй этаж и остановились на небольшой площадке.

— Твоя комната справа, моя — слева, — вручая мне сумку с вещами, коротко пояснил Форест. — Спокойной ночи, Миранда.

— Спокойной, — ответила я, принимая вещи.

Я пребывала в легкой прострации. Происходящее казалось сном. Невероятным, невозможным, абсолютно нереальным.

Поскольку никаких речей от меня не ждали, а, напротив, попрощались и развернулись в сторону своей спальни, я открыла дверь и вошла в свою новую комнату. Интерьер особой уникальностью не отличался: светлые обои в мелкий цветочек, добротная мебель, состоящая из кровати, тумбочки, комода и массивного шкафа, на полу мягкий ковер, на стенах картины в деревянных рамках."

"Но главной изюминкой моего нового жилища оказался санузел с настоящей ванной — огромной, мраморной, на массивных металлических ножках.

Я даже застонала от предвкушения. Как же давно я не принимала ванну! В санузле академического общежития, как и местного, располагались только душевые кабинки. Так что в последний раз я баловала себя, когда на каникулы приезжала к родителям.

Несмотря на усталость и пережитые волнения я не смогла отказать себе в небольшом удовольствии.

Раздевшись, я бросила одежду на пол, погрузилась в воду и тихонько вздохнула: «Хорошо-то как!».

Не буду подробно описывать все ощущения, но знайте: это было классно. И я с удовольствием повторила бы это завтра, послезавтра и каждый день.

После ванны я переоделась в свою простенькую пижаму, легла в кровать, укрылась и почти сразу уснула. Последнее, что я запомнила перед тем, как провалиться в сон — это обручальное колечко, которое в темноте красиво переливалось на пальце. Но даже оно не убедило меня в том, что я теперь замужем.

На следующее утро, открыв глаза и уставившись в потолок, я первое время не могла понять, где нахожусь.