Скорби Сатаны

Но поскольку я тот, кто я есть, то могу сказать только одно: пусть человек встретит свою судьбу, пусть все идет своим чередом. А раз он решил рискнуть всем, так пусть всем и заплатит.

Мы медленно шли по Пэлл-Мэлл. Я хотел было ответить, но тут заметил на противоположной стороне улицы, недалеко от Мальборо-клуба, одинокого мужчину, и невольно вскрикнул.

– Зачем он здесь? Это же Линтон!

Лусио крепко сжал мне руку:

– Вы ведь не хотите заговорить с ним сейчас?

– Нет. Но куда он идет? Посмотрите, какая у него нетвердая походка!

– Должно быть, он пьян!

На лице моего спутника мелькнуло то беспощадное выражение презрения, которое я часто видел у него и которому каждый раз удивлялся.

Мы остановились, наблюдая, как виконт бесцельно прохаживается туда-сюда перед дверью клуба. Но вот он, похоже, на что-то решился и крикнул:

– Извозчик!

Мгновенно подъехал рессорный кабриолет. Назвав извозчику какой-то адрес, Линтон вскочил в кеб, и тот двинулся в нашу сторону.

– О Боже! – вскричал я, отшатнувшись. – Он застрелился!

Карета остановилась, возница спрыгнул на землю. Швейцары, официанты, полицейские и бесчисленное количество неизвестно откуда взявшихся людей в одно мгновение столпились вокруг экипажа. Я бросился вперед, чтобы присоединиться к быстро растущей толпе, но, прежде чем успел это сделать, сильная рука Лусио схватила меня и потащила прочь.

– Сохраняйте спокойствие, Джеффри! – приказал князь. – Или вы хотите, чтобы вас вызвали на опознание трупа? При этом вы поставите под подозрение весь клуб! Нет, пока я здесь, этого не будет! Прошу вас, друг мой, умерьте свои безумные порывы, они не приведут ни к чему, кроме затруднений. Если человек мертв, это значит, что он мертв, – вот и все."

"– Лусио, у вас нет сердца! – воскликнул я, изо всех сил пытаясь вырваться.

– Честное слово, Джеффри, ваша совесть слишком чувствительна! – сказал он, еще крепче сжимая мою руку и увлекая меня прочь. – Вам следует немного укротить ее, если хотите добиться успеха в жизни.