Сказка для взрослых девушек

Вероятно, Галине было бы еще тяжелее, знай она, что розовощекий Тео, несмотря на все свои обстоятельные и приземленные планы, банально влюбился в длинноногую студентку, подрабатывавшую горничной в гостинице, где он проживал. И сейчас, когда Галочка продолжала несмело надеяться, что он все же объявится, а несостоявшаяся теща мысленно паковала чемоданы, Теодор целеустремленно оформлял приглашение для своей юной пассии.

– Оба они уроды, плюнь, – философски предложила Наталья, более увлеченная нанесением на ногти замысловатого узора, нежели подружкиными проблемами.

– У меня их вообще нет, – напомнила Галя.

– Мужики – не деньги, сами придут, – глубокомысленно выдала Скачкова, завершив художественную роспись когтей. – Каждой тетке наверху выделяется определенное количество мужчин. Твои просто где-то в пробке застряли. Потом как попрут косяком – только успевай отбиваться.

– Наташ, я думаю, с немцем все ясно, – произнесла Галочка в надежде, что Наталья возразит и докажет обратное.

– Я тоже так думаю. Поэтому предлагаю не тратить время на обсуждение этой неприятной темы.

– А что делать-то? Женя тоже не звонит!

– И хорошо! – Наташка потрясла руками, придирчиво разглядывая лак. – Не надо бродить вдоль вонючих раскладушек и рыться в секонд-хенде! За те же деньги можно купить вполне приличный товар! У тебя все на месте: грудь, ноги и зад! Наверное, даже целлюлита нет! Надо знать себе цену, а не хватать все, что плохо лежит!

– Целлюлит есть, – вздохнула Галочка.

– Забудь! Ищи в себе плюсы и информируй о них окружающих! Нужно, чтобы была возможность выбирать. У тебя, а не у них!

– А у тебя такая возможность есть? – усмехнулась Галя.

– Нет. Но будет. То есть я выбираю, но контингент какой-то… Как на распродаже, когда ничего стоящего, барахло одно.

– И чего? Ждешь завоза? – перешла на торговую терминологию Галина.

– Да.

– Да? – Галочка вспыхнула, сразу старательно погасив блеск в глазах. – А мне какая разница?

– Я к тому, что он не просто так ходит.

– Думаешь, с серьезными намерениями?

Затаив дыхание, Галя прислушалась к себе.