Сирийский рубеж

— Он главный военный советник. Считай командующий всем нашим военным контингентом в Сирии. Его слова — приказ.

— Вот-вот. Это он для тебя командующий. Я же человек сугубо гражданский.

Услышав это, я остановился от неожиданности и посмотрел в глаза Василию. Видно было, что он слегка нервничает.

— Тебе никто не говорит, что нужно лететь и бомбить. Мы работаем по своему направлению — проводим испытания Ми-28. Помогать советом и координировать действия тоже нужно правильно.

— Советы, координация… проходили мы это.

— Пройдём ещё раз.

Тут Василий задумался. Его с коллегой Лагойко, а также двух военных испытателей — Зелина и Керимова отправляли сюда именно для рекламирования Ми-28.

Занин кивнул, и мы пошли на осмотр техники. Войдя внутрь, стало сразу приятно ощутить прохладу внутри арочного укрытия. Все четыре Ми-28, выполненные в пустынном камуфляже, стояли рядом друг с другом. И это уже были вполне себе доработанные образцы.

У всех были Х-образные рулевые винты, подвижные пушечные установки, а также возможность применения управляемых ракет «Атака». А один из бортов и вовсе оснастили надвтулочной РЛС.

Если честно — фантастика!"

"— Итак, что вам рассказать, товарищи? — радостно спросил у меня и Занина, старший испытательной бригады.

— Наши последние рекомендации были учтены? — подошёл я к первому Ми-28, на который уже начали наносить опознавательные знаки сирийских ВВС.

Хоть наши друзья ещё и не купили их, но конспирация не помешает.

— Сан Саныч, дорогой! Лично ваши рекомендации были просто незаменимы, — радостно крикнул из-под фюзеляжа один из инженеров, осматривающий ленты из двух патронных ящиков на турели подвижной пушки.

Старший инженерной бригады объяснил, что на всех четырёх машинах провели целый комплекс мероприятий для повышения боевой живучести.

— Разнесли двигатели, проводки системы управления и электросети по бортам. Разделили их главным редуктором. Как ты нам и говорил ещё в прошлом году, чтобы разом два двигателя или парных агрегата одним выстрелом не поразить.

— Оперативно вы сработали, — удивился я.

— Стараемся. Теперь дальше, — ответил инженер, и мы пошли с ним вокруг вертолёта.

По итогу теперь Ми-28 имеет большую надёжность в агрегатах при поражении с земли. Плюс бронирование кабины было сделано вкруговую.

— Если двигатель в отказ ушёл или подбили, оставшийся автоматически выводится на максимальный режим.