Синий мопс счастья

 – Че я сделал-то? Аньке пятак начистил?

– Думаю, Левитанская тут ни при чем.

– А кто?

– Пока не знаю.

– Лизку-то тоже хотели убить?

– Наверное, нет, сок предназначался тебе, Лизавета – случайная жертва.

– Ох и ни фига себе, – дрожащим голосом сказал Кирюша. – Я фильм на днях смотрел, там дядька просто так людей мочил, без повода, псих был. Может, и на меня такой напал?

– Есть у меня одна мыслишка, – протянула я.

– Выкладывай! – жадно воскликнул мальчик.

– Пока нечего, но, как только что-нибудь узнаю, мигом сообщу.

– Ага, – кивнул Кирюша, – молчу и ничегошеньки не ем!

– Ну это уж слишком, если свои принесут, угощайся. Ладно, лежи, отдыхай.

– Лампа, ты уж постарайся разобраться в этом деле, – взмолился Кирюшка, – а то мне чего-то страшно!

– Не волнуйся, – обняла я его, – все раскопаю обязательно и найду того, кто задумал эту гадость.

Выйдя из больницы, я позвонила Роману, узнала, что Адюша мирно спит под присмотром Лены, слегка успокоилась и поехала домой. Сначала на секунду заглянула к нам, а потом доехала до последнего этажа и стала требовательно звонить в квартиру Маши.

– Хтой-то тут торопливый такой, – понеслось из-за створки, – чаво колотиться?

Дверь распахнулась. Я никогда до этого не была в гостях у соседки и невольно вздохнула. Маша, очевидно, недавно сделала хороший ремонт. В частности, она разбила стену между прихожей и комнатой, получился большой холл, в котором стояла вешалка, пара кожаных кресел и висело круглое зеркало.

– Ну, – прищурилось существо, открывшее дверь, – ты, ваще, хто? Чаво меня дергаешь? На время глянь! Народ спит ищо, срання явиласся!

– Полдень на дворе, – возразила я.

– И чаво? Пили отсюда!

Я окинула взглядом девицу, маячившую у порога. Слов нет, хороша, как конфетный фантик. Темно-каштановые кудри тяжелыми волнами спускаются на точеные плечи.

– Вы Марийка? – вежливо поинтересовалась я.