Синий мопс счастья

Так что этот прием – всего лишь хитрый психологический ход, призванный объяснить клиенту, впервые явившемуся в агентство: тут хранят тайну, вы – инкогнито, личность без лица, имени и фамилии, ник из Всемирной паутины.

– Надели? – спросил голос из домофона.

– Да.

Дверь распахнулась. На пороге стояла… цыганка, та самая, которая попросила перепеленать у нас ребенка. Одета она была сейчас в синие джинсы, голубой пуловер и черные туфельки. Волосы красотки оказались короткострижеными, с ярким мелированием, кожа отнюдь не такой смуглой, но это была та самая гадалка.

На секунду я замерла.

– Здравствуйте, – приветливо улыбнулась негодяйка, – не бойтесь, ваше лицо надежно скрыто под маской, к тому же тут никто не спросит документов, можете назваться любым именем. Входите, входите, все в первый раз стесняются, кое-кто даже убегает прочь, но потом обязательно возвращается, понимая: кроме нас, вам никто не поможет. Цены в «Арлекино» умеренные.

Мои ноги словно прилипли к лестничной площадке, и снова сильно заболел правый бок, потом меня затошнило.

– Не волнуйтесь, – журчала «цыганка».

– У-у-у-у, – донеслось с улицы.

Внезапно ко мне вернулась способность соображать.

– Извините, – дрожащим голосом завела я, – сейчас вернусь. Слышите, сигнализация воет? Наверное, кто-то задумал спереть из моей машины магнитолу. Сбегаю, посмотрю.

«Гадалка» кивнула и закрыла дверь. Я вышла на улицу, завернула за угол дома, села в свои «Жигули» и только тогда сдернула с головы шлем. Сердце колотилось так, словно я пробежала марафон.

Я резко повернулась, чтобы открыть дверь. Дикая, невероятная боль растеклась в животе. По спине потек липкий пот, в горле колом встала тошнота, меня начало знобить, потом стало жарко, снова холодно… Дрожащими пальцами я вытащила мобильный, сил хватило лишь на то, чтобы нажать и удержать кнопку с цифрой «3».

– Алло, – тихо сказал Костин.

– Скорей, помоги!

– Не сейчас, у меня совещание.

– Умираю.

– Лампа, не идиотничай, – прошипел Вовка.

– Ужасно больно, – прошептала я, – завещание в сумочке, я не успела попасть к нотариусу.

– Что случилось?

– Прощай, Вовка.