Сиреневый туман

Узнать у него правду будет легче, чем, скажем, у Галактионовой.

— Понял, Игнатьич. Начну с выяснения обстоятельств судимости Казаринова. Хотя Галактионова и защищает сожителя, но, по моему мнению, после водки не такой уж он смиренный слюнтяй, каким Юля его представила.

— Правильно, Слава, начинай с этого. — Бирюков достал из сейфа небольшой листок. — Теперь поговорим о кооператоре, приезжавшем за японским холодильником. Асултанов Магомет Саидович — то ли чеченец, то ли осетин. В общем, из современных деловых людей.

— Не может быть! — возмутился Голубев.

— Я тоже не верю, что в нашем районе сотрудники милиции до вымогательства докатились. Однако поступившую официально в прокуратуру жалобу, хочешь не хочешь — проверять надо.

— А кто из обэхээсников рэкетир?

— Сергей Полегшаев.

— Да он у нас в отделе без году неделя! Еще работать толком не научился. О каких взятках может идти разговор…

— До милиции Полегшаев, кажется, в общепите работал?

— Там. Вообще-то, когда Сережу оформляли в РОВД, я говорил начальнику: пользы от него мало будет. По общепиту было видно, что работает парень на показуху.

— Ты опрометчивых выводов не делай. Разбираться по жалобе будем досконально. И у себя на службе никому — ни слова!

— Игнатьич, на эту тему мог бы и не предупреждать.

— Знаешь, Слава, береженого бог бережет. Рассказал об этом, чтобы ты был в курсе.

Глава 4

Следователь Петр Лимакин решил начать рабочий день с посещения райпо, чтобы обстоятельно побеседовать с сослуживцами Галактионовой и Казаринова. Уложив в новенький «дипломат» необходимые документы, он неторопливо распечатал купленную у цыганок пачку «Астры», закурил на дорожку сигарету, и, замкнув служебный кабинет, вышел из прокуратуры.

У трехэтажного серого здания райисполкома, над плоской крышей которого, как в былые застойные годы, беспомощно обвис вылинявший до белизны некогда кумачовый флаг, угрожающе галдела небольшая пестрая толпа.