Сидни Шелдон. Сорвать маску-2, или Молчание вдовы

Но как можно сомневаться в своем таланте, если всего минуту назад стихли восторженные овации?

Возможно, Анне было недостаточно восторга безымянной толпы. Возможно, ей требовалось только восхищение Никки Робертс.

– Очень мало кто наделен таким даром, как ты, Анна. Да будь у меня хоть толика твоего таланта, я бы выходила на сцену каждый день, возомнив себя гением.

Анна засмеялась.

– Ерунда! У тебя другой талант: талант чувствовать людей. – Она обвела Никки восхищенным взглядом. – Потрясающее платье! Ты очень красивая.

Комплимент оказался неожиданным, и Никки внезапно покраснела.

– Благодарю. Ты тоже.

Разговор прервал стук в дверь, а затем в гримерную ворвался молодой человек с таким огромным букетом белых роз, что едва прошел в проем. Весил букет, должно быть, тонну, потому что парень тяжело отдувался.

– Это для вас, мисс Бейтман, – произнес он и почти уронил букет на пол, не в силах больше держать. – Мои поздравления. – И он протянул ей маленький конверт.

– С ума сойти! – прошептала Анна, округлив глаза.

– Это от него, да?

Анна кивнула.

– Да, от мужа. Пишет, что хотел бы быть рядом. И что моя музыка каждый день звучит в его сердце.

Никки закатила глаза.

– Неужели? А когда посадил тебя под замок, тоже слышал твою музыку? Он шесть лет не выпускал тебя из дома, не забыла?

– Знаю, знаю.

Никки почувствовала прилив гнева. Почему женщины так глупы и наивны? Почему позволяют мужчинам манипулировать ими и контролировать каждый шаг?

– Романтично? Ох, Анна, когда ж ты повзрослеешь? Это не любовный роман в мягкой обложке. Речь о твоем будущем.

Анна сжала кулачки и покраснела, но, кажется, совсем не от смущения. Никки никогда не видела пациентку такой возмущенной.

– Ты права, речь идет о моей жизни. О моей, а не о твоей! Так что перестань на меня давить!

– Я просто волнуюсь за тебя, Анна, – прошептала Никки, остолбенев. – И как твой психотерапевт…

– Ох, перестань! – выкрикнула она. – Дело совсем не в терапии, и мы обе это знаем.

Никки смотрела на нее молча. В гримерке повисла тишина.