Сидни Шелдон. Безрассудная

В отличие от нищих лентяев из Европы он не нуждался в том, чтобы грязную работу за него выполняли боевики из «Группы-99». Хотя, если уж говорить откровенно, Густава Арендта удивляло, как Лука Андрони и ему подобные до сих пор не попали в поле зрения «Хакеров». Во всяком случае, на бумаге он казался идеальным кандидатом для их исполненного ненависти лицемерного коммунизма. В этом и заключается проблема: экстремистов никогда не бывает там, где в них действительно нуждаются.

Следующим прибыл Ларс Беренсен, за которым почти сразу появился нелепый американский болван Брайан Крик.

Сутулый, с шаркающей походкой и лысой макушкой, Беренсен походил на беглеца из местного дома престарелых, однако этот арт-дилер был куда умнее и проницательнее, чем казался, несмотря на личину «ах-я-маленький-старый-человек». Сегодня он приволок под мышкой картину для своей клиентки, миссис Кларк. Эта сучка наверняка переплатила за нее втридорога, но таков уж бизнес Беренсена. Густав не возражал, когда его гости проворачивали свои мелкие делишки в шале «Мирабель», в особенности если приводили с собой за покерный стол богатых новичков. Скажем, Ларс Беренсен пригласил богатую вдову Кларк и этого араба Лассферли. Он свой хлеб ест не даром.

Брайан Крик вошел в шале с громкими приветствиями и, едва переступив порог, хлопнул Луку Андрони по мясистому плечу, изображая дружелюбие.

– Рад познакомиться, – услышал Густав через окно гулкий голос американца.

 – Много слышал о вас. Я Брайан, Брайан Крик."

"Густав улыбнулся. К тому времени как настанет пора уходить, радости у мистера Крика поубавится, как и денег.

Дважды стукнув по микрофону в ухе, Густав дождался ответа техника, что сидел двумя этажами выше и наблюдал за шестью отдельными камерами, изображения с которых передавались на его монитор.

– Проверка.

Слышимость прекрасная.

Арендт едва заметно кивнул в сторону камеры номер четыре.

Трейси устроилась в баре и огляделась в поисках Питера Дэвиса, но англичанина не было видно.

Собственно, во всем отеле сегодня вечером стояла жутковатая тишина.

Бармен, расставлявший на полке хрустальные бокалы, обернулся:

– Что вам предложить, миссис Крик?

– Джин с тоником, пожалуйста. «Гордонс», если у вас есть, и лед, а лимон не нужно.

– Сейчас сделаю.

Трейси обеспокоенно посмотрела на телефон, затем на часы на стене. Еще только семь.