Швед

Омлет вроде бы получается, как нужно.

Сервирую стол. Два раза роняю приборы, словно у меня руки разучились держать предметы.

Не уронить бы еду.

Слава богу, не роняю.

Сэндвичи и суп подогреты и стоят на столе, сводят с ума чудесными ароматами.

Живот у меня громко урчит.

Кофе сварен.

Себе сделала сладкий капучино.

А вот и омлет готов.

Разрезаю его на куски и радуюсь, что он получился как по рецепту – пышный, красивый.

Ощущаю небывалую гордость за себя, словно я как минимум совершила героический поступок.

Но если честно, ребята, это мой первый в жизни омлет. На мой взгляд, он идеален. Попробуем скоро и на вкус.

Надеюсь, Швед оценит.

Ставлю тарелки с омлетом на стол, и в этот момент входит Швед.

Увидев меня и накрытый стол, он резко остановился и замер как вкопанный.

И взгляд его странно потемнел. Недоволен, что ли, что я организовала завтрак?

А ещё не знаю, куда деть руки. Они стали вдруг лишними, мешаются, и не могу найти им место. Потому взяла и обхватила себя за плечи.

И взгляд тоже не знаю, куда деть.

Швед вышел в одном полотенце на бёдрах.

Тело у него хоть и в ушибах и кровоподтёках, но оно прекрасно. Настоящий образчик истинной мужской красоты. У меня перехватывает дыхание, и взгляд мечется по кухне как безумный, но всё равно возвращается к мужчине.

Я бы сейчас с удовольствием подошла к нему и прикоснулась к его торсу, провела бы пальчиками по этим мышцам.

– Доброе утро, – говорю едва слышно и робко улыбаюсь.

И этот писк – мой голос?

Швед странно реагирует.

– Доброе, Яна… Неожиданно. Завтрак. Из ресторана заказала?

– Ммм… Суп и сэндвечи из ресторана. Омлет я сама приготовила. И кофе ещё… Вот… Из кофемашины… – мямлю как имбецилка. Кусаю нижнюю губу и чувствую себя дурой.

Вот сейчас Швед возьмёт и засмеёт меня с моим омлетом. Попробует и выплюнет. Скажет: дерьмо.

И зачем я только взялась готовить завтрак?

Но Олег не делает ничего из того, что я себе уже напридумывала.

Швед берёт тарелку с моим омлетом, смотрит на него удивлённо и говорит:

– Выглядит красиво и пахнет вкусно.

Я нервно сглатываю и разжимаю пальцы. Оказывается, я мёртвой хваткой вцепилась в столешницу.

– Я… старалась… – снова произношу едва слышно.