Шипы в сердце. Том первый

— Да я понял — встать на ноги, успокоится, придумать, как нас совмещать, чтобы мы однажды не столкнулись с одинаковыми букетами у тебя под дверью. — Последнее он говорит с откровенным стёбом, уже как бы закрепляя тот факт, что у меня все-таки кто-то есть.

И между строк звучит: «Тинка, лучше просто молчи — не будь смешной».

Я молчу. Смотрю на свое отражение в остывшем кофе.

Он точно там с ней. Даже если и правда в Нидерландах — с ней, с неприкасаемой «Лоли» или «Лори» или как еще он ее зовет, когда они остаются вдвоем и раздевают друг друга слишком быстро и жадно, потому что соскучились.

Как набрасывалась на него я.

Я ненавижу эту встречу и Дэна, потому что до него я даже как-то… не сопоставляла исчезновение Авдеева с горизонта с тем, что он может быть просто с другой женщиной. Слишком поверила, его «Ты будешь моей Единственной».

— Увидимся через неделю, — говорит Дэн, и успевает перехватить мою руку, когда я тянусь к сумке, чтобы расплатиться за кофе.

— Дэн, я…

— Через неделю, — припечатывает он.

Я поджимаю губы.

Я, конечно, в курсе, что сейчас он спрашивает про мой адрес исключительно символически. Он же сам сделал «Кристину Барр», найти меня в этом огромном мегаполисе — и даже, в теории, в любой точке на карте — для него задача пары дней.

Зачем ему это? Если отбросить всякую невероятную чушь вроде того, что ему есть хоть какое-то дело до моей жизни, ответ очевиден — он просто не наигрался.

Я нервно провожу языком по сухим губам.

Потому что в первую секунду думаю о том, что «… и тогда я сразу его потеряю», имея ввиду, конечно же не Дэна, а Его Грёбаное Величество. И только потом — думаю о последствиях своего разоблачения.

— Хорошо, конечно… — Изображаю улыбку, в которую пытаюсь впихнуть невпихуемое — восторг от заботы, смущение, попытку сохранить видимость независимости и намек, что я благодарна ему за терпение.