Вальс под дождём

Нюрка кивнула головой: — И ещё скажи, чтоб моего Витюшку не назвали маменькиным сынком. Услышу — выставлю в тамбур.

Я вспыхнула:

— Не имеете права! Сами разбирайтесь со своим Витюшкой.

— Да ты!.. Кто ты такая? Тебя из милости в эвакуацию взяли! Мать едва не в ногах перед директором валялась, не тебе мне указывать! — Наливаясь краснотой, Нюрка стала приподниматься с места, словно хотела ударить меня по лицу.

Из милости? В ногах валялась? Я почувствовала себя так, словно по лицу прошлись грязной тряпкой. Меня затрясло от унижения и гнева.

Но сейчас война, и свои не должны драться со своими, потому что враг именно того и ждёт.

«Раз, два, три, ля-ля-ля, — начала повторять я про себя, забивая поток злых мыслей, — ля-ля-ля»."

"Я была на голову выше юркой жилистой Нюрки Моториной и смотрела на неё сверху вниз. Очевидно, она ожидала отпора, но я молчала, рассматривая её с холодным спокойствием исследователя флоры и фауны.

Меня выручил тоненький вскрик Лары, потерявшей куколку:

— Уля! Ульяна, иди скорее сюда!

Не удостаивая Моторину вниманием, я круто развернулась. Наверняка она напишет мне в характеристике, что Ульяна Евграфова работала плохо, вела себя грубо и критиковала советскую власть. Последнее представлялось опасным, но я нахмурила лоб и упрямо решила, что всё равно не стану подстраиваться под Моторину, а насчёт того, кто из нас работает, пусть спросят детей — они не соврут.

Лара стояла в проходе вагона и поджидала меня, выставив вперёд ладошки лодочкой, как иногда держат внутри пойманную бабочку.

— Уля, смотри, что у меня есть!

Её худенькое личико светилось от счастья. Бережным движением она развернула ладони, и я увидела лежащую внутри малюсенькую тряпочную куколку размером с указательный палец. Крохотка в пёстром платке и русском сарафане держала в руках холщовый узелок, перевязанный красной ниткой.

— Видишь, Уля, теперь у меня снова есть куколка!

Я присела на край полки против стоящей Лары:

— Откуда у тебя такое чудо?

Лара засияла улыбкой:

— Наташа дала.

Я взглянула в сторону Наташи — некрасивой угрюмой девочки, которую не сумела разговорить.