Шефы тоже плачут

Я пожимаю плечами. Больше гостей я не ждала, ничего с доставкой на дом не заказывала. Значит, кто-то из соседей. Я открываю дверь, не глядя в глазок, и зря. На пороге стоит Орловский собственной персоной.

- Выглядишь ужасно, - говорит он, и мне лишь на мгновение кажется, что в его взгляде мелькает тревога. Привидится же такое.

- Спасибо.

- Надеюсь, самочувствие лучше вида.

- Надейся. Тебя каким ветром сюда принесло?

- Попутным. Мама попросила заехать и привезти тебе это.

Он вручает мне пакет, который я инстинктивно прижимаю к груди.

- Спасибо, - снова повторяю я.

И на этом вроде бы можно было завершить разговор, но этот засранец стоит и не уходит. Вот только смотрит совсем не на меня. Его взгляд направлен куда-то мне за спину, а на лице при этом появляется довольная ухмылочка. Слышу, как сзади переговариваются девчонки.

- Так. Передача «Навести больного» завершена. Можешь ехать, - говорю я ему и пытаюсь закрыть дверь, что Орловский не даёт сделать, придержав её рукой.

И почему сейчас внутри рождается какое-то странное чувство? Будто у меня пытаются забрать что-то моё, принадлежащее мне с самого детства? Нехорошее такое ощущение, которое надо бы гнать метлой куда подальше.

- Пухляшик, ты почему такая злая? - интересуется Андрей, всё так же заглядывая в квартиру. - И невоспитанная. Пригласила бы в гости.

- Ещё чего! Не хватало в ресторане эпидемию устроить.

- Зря опасаешься.

Он вдруг перевёл взгляд на моё лицо и, вскинув брови, наклонился прямо к губам. Дурацкое предположение, что Андрей вот-вот меня поцелует, заставило меня впасть в такой ступор, что я лишь испуганно воззрилась на его рот в каких-то паре сантиметров от моего и забыла, как делать следующий вдох.

- Пухляш… ты что - пила? - поинтересовался он тихо, как будто был моим старшим братом, который поймал меня на месте преступления.

- Немножко, - пискнула я, отступая на шаг. - И вообще! Это не твоё дело.

Я всё же совладала с дверью, захлопывая её перед носом Орловского прежде, чем он успел предпринять попытку ворваться в квартиру, чему бы Катя и Марина были только рады.

- Зачем ты его выставила? - удивилась последняя, когда я вернулась в комнату и водрузила пакет на кофейный столик.

- Затем! Нечего портить мне единственный выходной. Я и так на его морду лица завтра насмотрюсь.

- Везёт тебе.