Шефы тоже плачут

- Он вскидывает руку и делает глубокий вдох. С шумом выдыхает. - Я чуть не обделался, когда узнал от Марка, что ты ушла утром одна.

Нет, он шутит сейчас. Чуть не обделался, ну надо же. Я демонстративно подношу руку к лицу и смотрю на часы.

- Пухляш, не начинай. У нас не было договора, чтобы ты срывалась среди ночи одна куда-то. Нужно было просто меня разбудить и я бы отвёз тебя домой.

На моём лице появляется натянутая и кривая улыбка. Я даже не скрываю той боли, которая рождается внутри меня с новой силой, когда вновь представляю, что увидела бы, когда бы пришла «будить» Андрея.

- Ты мне не нянька, не брат и не парень, чтобы меня куда-то провожать или за меня беспокоиться.

- И тем не менее…

- И никакого «тем не менее». Избавь меня, пожалуйста, от нотаций. Я прекрасно провела время на вечеринке, спасибо. Уверена, ты - тоже. Я жива, здорова, даже выспалась. На этом давай закончим эту беседу.

- Пухляш…

- И перестань называть меня так, слышишь? Мне это осточертело.

Захлопнув дверь перед носом Орловского, я бросаю в неё первым, что попадается под руку.

Обувная щётка ударяется о металл, эхом с той стороны раздаётся точно такой же удар, будто Андрей не сдержался и саданул по двери кулаком.

Наверное, совсем не стоило срываться на шефе в преддверии скорого начала шоу, в котором мы с ним должны будем действовать сообща. Но и сдерживать и дальше то, что выворачивает меня изнутри, сил больше нет.

***

Последующие дни мы с Орловским взаимодействуем довольно сносно. Как будто наконец перешли на какой-то уровень отношений, где нам относительно комфортно обоим.

Нет, он совсем не перестаёт называть меня Пухляшом, но и я снова больше не срываю на нём злости.

Устроенный мини-банкет, на котором присутствуют только Вера, тётя Таня и Катя с Маринкой проходит прекрасно. Мы с Андреем не так, чтобы очень часто готовили раньше вместе, но то, что получилось в результате сегодня, превосходит все наши, даже самые смелые ожидания.

- Было круто, - говорит Андрей, когда мы подаём последнее блюдо.

Какой-то фантастический даже на вид десерт, создателем которого стал Орловский, а я приложила руку лишь в том, что нарезала фрукты и не мешалась под ногами. - Твоё горячее - хит сегодняшнего вечера.

- Неа. Твой десерт.

- Кукушка хвалит петуха?

Орловский улыбается - устало, но счастливо. Ерошит волосы испачканной в муке рукой, от чего на них остаются белые следы.

- А что мне остаётся? Ты вон весь уже поседел от переживаний, - отвечаю, осторожно отряхивая муку.