Сезон охоты

Сломал ему пару незначительных костей. Сторож заговорил. Правда, плохо заговорил, у него оказались связки разорваны. Скорее зашипел, но уже членораздельно. Сказал, что сам он не знает, но сейчас пригласит кое-кого, кто точно знает и легко может… ммм… как там было… – хмурится Филин, вспоминая. – Кажется: «позвать Ярцеву». Он начал копаться в своих вещах. Мы думали, что ищет телефон. Но достал он какой-то ветхий бубен. Мы несколько обескураженно наблюдали за тем, как он, раскачиваясь, издаёт какой-то странный звук.

– В каком смысле без белков?

– Они были сплошь залиты зрачком. Как в фильме ужасов…

В этот раз Филин говорит без всяких своих шуток и прибауток. Серьёзно.

– Он что-то зычное выкрикнул и ударил в бубен. Лобов схватился за сердце и начал оседать. Пока мы суетились возле него, этот мужик встал и опять начал распевать свой странный напев.

Игорь Васильевич недовольно, но терпеливо закатывает глаза и переводит взгляд на психиатра.

– Он запомнил это именно так. Его зрачки ни разу не фиксировались в зоне фантазий. Только в зоне воспоминаний. Он это вспоминал, а не придумывал.

– Окей, пусть продолжает.

– Тепловизоры достаточно быстро позволили нам отыскать нужное место. Но изначально мы видели там три объекта. По всей видимости, это были Ярцева, Иван и рысь. Так, Иван?

– Да. Я был там, когда услышал вертолёт.

– Что ты там делал?

– Я пытался… ммм…

– Не надо делать паузу. Вопрос – сразу же ответ. Что ты там делал?

– Слушал сказки, – прищуриваюсь я. – Мара рассказывала мне сказки.

– В каком смысле?

– В самом обычном. И я их слушал, пытаясь понять, что она за человек, какие мотивы ею движут, как с ней говорить, чтобы договориться.

– Какие сказки?! – смотрит на меня Игорь раздражённо.

– Про двух шаманов, живущих в одном сломанном теле, и бубен, который может остановить сердце быка, например.

Все переглядываются.

– Ещё какие?"

"– Про дух одного шамана, который неправильно вёл себя при жизни, заставляя людей страдать. И его дух после смерти вселился в оленя.