Сеульская история любви

– Спасибо за прекрасный вечер, мальчики! Мне было очень здорово сегодня!

- А тебе спасибо за подарки! – ответил Тэхён.

Я поднялась с места:

- Хорошенько выспитесь!

- И ты тоже!

- Конечно! – и я прошла в прихожую, чтобы одеться. Парни потянулись за мной. Юнги тоже обулся, натянул куртку и вязаную черную шапочку.

- Езжайте осторожно, - пожелал Намджун, и мы вышли из квартиры.

В лифте Юнги встал совсем рядом и взял меня за руку.

- Знаешь, я так соскучился, - не глядя на меня, тихо произнес он. – Все это время, что ты бегала от меня, я просто умирал…

- Прости, - так же тихо сказала я.

- Ты измучила меня. Я не мог понять – почему? Потому и повел себя тогда, как последний идиот. Тогда…когда Намджун увидел нас.

- Прости, - повторила я. – Я запуталась. Я просто боялась, что если вдруг кто-то узнает, то это просто будет концом всего…

- Я знаю. Знаю, что ты так думала. И что ты заботилась о нас, о группе. И я честно попытался… забыть все, отпустить всё это… Правда, я старался! Но с каждым днем было все сложнее и сложнее… Я как будто выгорел внутри, там ничего не оставалось больше.

- Ты сейчас описал все то, что чувствовала я… Мне тоже было очень плохо…

- Анна… Давай больше не будем мучить друг друга, – он повернул голову и взглянул мне в лицо. Я кивнула, глядя ему в глаза. И он сделал движение навстречу, словно хотел обнять, но я покачала головой и прошептала.

Лифт остановился, мы прошли через холл и вышли наружу. Я позвонила и вызвала такси.

- Я поеду с тобой до дома. Уже поздно. Не хочу остаться и умирать от беспокойства, не зная, как ты добралась.

- Хорошо. – Я и сама хотела этого.

Вскоре подъехало такси, и мы забрались в салон. Я назвала адрес, водитель тронул машину, и мы поехали.

Юнги придвинулся ко мне так тесно, что между нами практически не осталось ни дюйма.

- Этот Чимин! Как посмел он поцеловать тебя?!

- Но это же так – чисто символически! - тихонько засмеялась я.

- Никаких «символически»! Это только мое право!

- Да ты, оказывается, собственник, Мистер Мин!

- О-о-о! Еще какой! – он уткнулся носом куда-то мне в шею, укутанную шарфом, и шумно вдохнул воздух.