Серийный бабник

А ведь он велел им держаться тихо и скромно в сторонке.

Они рисковали своей жизнью, вламываясь в логово матерого уголовника дяди Коли. Да еще выкрав оттуда плененного Костика, но не сообщили об этом в милицию. Фактически они покрыли это преступление!

И, наконец, они вновь упустили Костика, которого (не хотелось об этом даже думать) сейчас могло уже и не быть в живых.

Все эти мысли промелькнули в сознании Киры, и она решительно затрясла головой.

– Нет! Не надо милиции.

И тут ей пришла помощь оттуда, откуда она меньше всего ее ждала.

– Тем более что милиции уже известно про Настину родню. Что они преступники. И могли участвовать в похищении Бориса.

– Кто из вас им об этом сказал?

– Я, – потупилась Нина. – Мне показалось, что это важно. А что? Разве я неправильно сделала?

– Все правильно! Молодец!

– Ну вот, и раз до сих пор нет результата, значит, ничего не сумели сделать. Наверное, мать Насти, как и сама Настя, тоже не хочет выдавать своего брата.

– Тогда будем действовать сами.

Отчасти Кире эта идея даже пришлась по душе. Тем более, что она знала как минимум еще одного человека, которого это также заинтересует. И она позвонила Лесе. Беседа с подругой была недолгой. Отключив трубку, Кира задумчиво посмотрела на Рину, которая в это время уже собиралась и судорожно пихала ногу в колготки, не замечая, что на той надет меховой тапочек с мордочкой медвежонка и нашитыми на ней ушками.

– Можешь не торопиться, – произнесла она, не дожидаясь, пока по колготкам поползут жирные стрелки.

– А где же она? – замерла Рина, даже не удосужившись спросить, откуда у Киры такая информация.

– Родители сами в тревоге. По их словам, Настя вчера умчалась из дома, никому не сказав, куда направляется. И с тех пор ее нигде нет. Пропала.

– Какой ужас! Ее тоже похитили?

– И сдается мне, что я знаю, чьих рук это дело.

Кира и в самом деле знала, верней, догадывалась. Но догадка основывалась на личных наблюдениях и дедукции. И Кира была уверена, что она верна.

Достаточно было пообщаться с этим мужчиной около получаса, как становилось совершенно понятным: он не способен на убийство. На организацию похищения тоже не способен. Да и вообще, положа руку на сердце, ни на какое решительное действие не горазд.