Сергей (СИ)

— Вон же Серега — школьник, пусть он решает, — заметил Женька, не растерявшись, пришел на помощь напарнику. Вырвал из рук Сергея журнал. — Эй, ребенок, это не детская книжка, — отвесил Серому смачный подзатыльник. — На, лучше вот это почитай, — сунул ему тетрадку в клетку.

Настька весело прыснула в кулак, Сергей зло блеснул взглядом и принялся быстро и размашисто записывать решение. Математика за седьмой класс не вызвала у него ни малейшего затруднения. Минутное дело. Ему несложно, вот только насмешки и последующее борзое поведение барышни ему вообще не понравились.

— Ты понятней пиши, — предъявила девчонка, — мне же еще переписывать.

«Соплячка», — мысленно выругался он.

Настька-соплячка — очень хитрая девица. Она быстро сориентировалась и пристроилась — ежедневно, без разговоров, теперь сразу швыряла Сергею учебник с тетрадью и после со скучающим видом сидела в ожидании результата. Через неделю их накрыл за таким занятием Юрий Владимирович.

— Не понял, — возмутился отец, — почему он за тебя решает?

Девочка тут же заныла:

— Папочка, я же ничего не понимаю.

— Не понимаешь, так попроси объяснить, а не решать за тебя, — строго высказался отец и перевел взгляд на Сергея. — Ты что это тут устроил, недоумок? Объясняй ей.

4."

"Это, пожалуй, впервые после Серегиного освобождения попечитель вдруг вспомнил о существовании своего подопечного и хоть как-то обратил на него внимание. До этого, казалось, мужчина уже и забыл о нем. А ведь впереди, когда все наконец устаканится с судом, ему — Сергею — еще предстояло как-то расплачиваться за свободу.

От одной только мысли об этом у него все холодело внутри. Что он сам мог сделать для такого большого человека? Чем отблагодарить? Казалось, что ничем. И вот, наконец, появилось какое-никакое, но задание — объяснить математику дочери хозяина. Вряд ли оно могло пойти в счет оплаты, тем не менее Сергей постарался угодить хотя бы в этом. Кто знал, что занятие окажется из неблагодарных.

Что-то донести до девчонки было нелегко, можно даже сказать — невозможно.

Во-первых, случай попался ему крайне запущенный. Настя не знала элементарного, и начинать обучение надо было с азов. Во-вторых, она даже не стремилась понять. Насупившись, с надменным видом сидела, чавкая жвачкой. Он еще какое-то время пытался что-то донести до нее, потом бросил все и ушел. А через несколько дней пришлось выслушивать гневную речь:

— Я сказал тебе с ней позаниматься. Почему двойки? Ты даже элементарных мелочей выполнить не можешь. Нахлебник.