Злодейский путь!.. Том 11 (СИ)

Он не понимает, в каком эмоциональном напряжении находился все это время? Не понимает, как сильно давил на себя, пытаясь унять болезненные чувства и заставить себя хоть что-то делать?

Муан осознал, что, должно быть, тот и в самом деле не понимает. Все это время он отчаянно двигался вперед, пытаясь сохранить остатки здравого смысла. Ему не было нужды помнить, как он выглядел и что чувствовал, только вернувшись на пик Черного лотоса после того, как узнал, что Муан мертв. Будет лучше, если он забудет об этом. Он мог бы не помнить, как спрыгнул в расщелину, попрощавшись с ним навсегда или как рыдал во сне, сжимая в объятиях фарфоровую подушку, а на следующее утро делал вид, что ничего больше не боится.

Зачем бы ему помнить об этом? Это будет помнить Муан. Пронесет в своем сердце и больше никогда, ни за что в нем не усомнится, что бы Шен ни выкинул в дальнейшем в порыве чувств или еще каких-то скрытых мотивов. И плевать, была ли судьбой их встреча, как мечталось мечнику, или это была лишь случайность, как думал Шен. Не все ли равно? Если бы существовало заклинание, способное навечно связать их судьбы, их души и все их возможные жизни — Муан без сомнений воспользовался бы им. Но даже без этого Муан знал, что не отпустит его. Ни смерть не разлучит их, ни даже сотня смертей.

— Все хорошо, — произнес мечник, повернул голову и поцеловал его в макушку. — Ты можешь не успокаиваться, сколько пожелаешь. Правда… если ты чуть разожмешь свои объятия и дашь мне вздохнуть, мы сможем простоять так подольше.

Шен прерывисто выдохнул и разжал руки, осознавая, что так сильно сжал пальцы, что те успели занеметь.

— Твой призрак выглядел, как Шен. Как думаешь, что это было? — стараясь немного отвлечь его, спросил Муан.

Шен отстранился и с непониманием посмотрел на его лицо.

— А как он должен был… О, — тут до него дошло, и он поразился, что прошло несколько секунд, прежде чем он осознал, что выглядеть как Шен вообще-то было странным, а он должен был выглядеть как Ши Ён.

— Если… — начал он, с трудом раздумывая над произошедшим, совершенно сбитый с толку.

 — Если телесная оболочка — это лишь сосуд, и душа принимает его облик для удобства, значит ли это, что я стал считать Шена скорее собой, поэтому выглядел так? Или, во всяком случае, настолько привык считать своим этот облик?

Муан осознал, что явно не поможет его душевному спокойствию, если напомнит, каким милым и привлекательным было и прошлое его обличье. Но ему на самом деле очень хотелось это сказать.