Злодейский путь!.. Том 11 (СИ)

Сад позволял расположить охрану на приличном расстоянии, так, чтобы ни одна фраза не была случайно услышана. Этому способствовала и струящаяся между камней река, скрадывая негромкие слова беседы стоящих на берегу. И место было живописным и умиротворяющим.

Император наблюдал, как по небольшой выложенной камнем дорожке к нему приближаются двое. Первым шел Ю Си, и взгляд сына неба скользнул по нему и переместился на второго человека. Молод и изумительно хорош собой. Это было заметно и в первую их встречу, но бедственное состояние его одежды и волос едва ли давали возможность оценить это в полной мере.

"— Ир Шен, — произнес император, окидывая его взглядом с ног до головы.

— Ваше Величество, — чуть поклонился тот.

Длинные распущенные волосы проклятого старейшины словно притягивали к себе лунный свет. Отражение луны в текущей воде отбрасывало на его лицо колеблющиеся зайчики света.

— На людях так себя и веди, но сейчас можешь не притворяться, — произнес император.

Шен поднял на него недоуменный взгляд. Он не был уверен, к кому из них двоих тот обращается.

— Ты уже успел продемонстрировать, сколько на самом деле у тебя почтения к императорской власти.

Шен вздрогнул и растерянно произнес:

— Это не так.

Он покосился на Ю Си в надежде, что тот без обиняков заявит, что старейшина пика Черного лотоса просто не совсем в своем уме.

— В тот момент было важнее… — начал Шен и замолчал, когда услышал смешок императора.

— Услышал бы это кто-то из палаты министров.

Шен никак не ожидал, что, разговаривая с императором, ощутит себя как провинившийся школьник перед директором. Удивительно. Впрочем, вряд ли это тот эффект, который император обычно производил на людей.

— Сколько тебе лет? — спросил тот, глядя на его трепещущие ресницы и полный живости взгляд. Если приглядеться, были заметны залегшие под глазами тени, но эта деталь лишь доказывала его человечность. Не будь ее — лицо казалось бы идеальной маской.

Шен помнил лишь примерный возраст оригинала. Можно было бы пожаловаться на память, но он решил не заострять на этом внимание и произнес:

— Семьдесят.