Горькие ягодки

Фонари поставили как положено и комиссии из Москвы их наличие продемонстрировали. Днём. Проклятый мэр.

Густой заросший лес стоит по краям дороги как бесконечный чёрный коридор. Дорога довольно узкая, обгоны здесь запрещены. Ограничения по скорости тоже есть. Но. Это всё мало кто выполняет. Поэтому несчастные случаи, к сожалению, здесь нередки."

"В простонародье нашу дорогу даже называют «дорогой смерти». Говорят, что однажды на нашей дороге разбилась свадебная машина с невестой. И с тех пор в ночное время даже в ясную погоду над дорогой часто клубится туман, в котором можно разглядеть очертания девушки в свадебном платье.

Я, конечно, в такое не верю, но, тем не менее, напрягая глаза, всё-таки вглядываюсь в окружающую нас чернильную тьму.

И, может быть, поэтому не сразу осознаю, что говорит, сверкая белками глаз в полумраке салона, парень с драконом и русалкой на руке. Резко остановив машину на обочине. «Дядька у тебя крутой. Но вот о том, что номера можно поменять, а удостоверение подделать, он не подумал…»

глава 19

Марианна

«Все члены его тела одеревенели…» – крутится в моём ошарашенном мозгу фраза из какой-то книги.

– Шутка! – блестит белоснежной улыбкой парень. – Ну ты и зашуганная. У вас в городе что, все такие? Э, отомри, – он щёлкает пальцами перед моим носом, – ты что, не видела мою рожу на афишах?

– Нет… – тоненьким дрожащим голосом, от которого мне и самой противно, отвечаю я.

– Ну это, как же, «бои без правил» и бла-бла-бла? – взывает к моей памяти парень. – Ну а так? – он поворачивается в полупрофиль, включив свет в салоне.

Я начинаю припоминать, что да, вроде, похожее лицо я видела на афишах, развешанных по всему нашему городу. Какой-то турнир каких-то боёв, что-то такое.

– В анфас ты лучше смотришься, – говорю парню. Тот смеётся, протягивает мне руку: «Дамир. Как зовут тебя, я уже знаю. Красивое имя. Тебе идёт».

– Ты куда? – испуганно спрашиваю я, увидев, что Дамир открывает водительскую дверь.

– Фары протереть. Не видно же ничего, – оборачивается парень. – Да ты не волнуйся, я не ем таких маленьких мышек, как ты, и не бросаю их в тёмном лесу.

– Потому что есть особо нечего? – на автомате спрашиваю я, имея в виду свою худобу.