Горькие ягодки

Ночной клуб располагается прямо в доме культуры, только в боковом крыле. Так что, далеко ходить не нужно. Мама говорит, что в советские времена и в страшном сне нельзя было представить, чтобы в нашем доме культуры, где частенько проходили расширенные партсобрания, расположилось такое злачное заведение, как ночной клуб.

И, кстати, я ни разу в нашем ночном клубе и не была. Пока я училась в школе, об этом и речи быть не могло, хотя Надюшка, например, бегала туда на дискотеки тайком от родителей. А потом, когда мне наконец исполнилось восемнадцать и я поступила в институт, мама, смешно сказать, строго-настрого запретила мне переступать порог этого злачного заведения, как она упорно именует наш ночной клуб с игривым названием «Зорька».

Почему нашим местным бизнесменам вздумалось назвать клуб распространённым коровьим именем, загадка. Но у нас в городке вообще народ с юмором.

Например, на обочине дороги при въезде в наш заповедный лес висит огромный плакат, изображающий перечёркнутого красной кистью крест-накрест вандала, мусорящего направо и налево и разжигающего костёр в неположенном месте.

На плакате призыв: «Граждане! Берегите природу, Мать вашу!» Так что, «Зорька» это ещё ничего.

«Зорька» оглушительно гремит цветомузыкой, кажется, что старенькое крыло нашего ДК содрогается от тяжёлых ритмов и вот-вот рухнет. Мы вчетвером словно одна компания. Элеонора, уже не обращая внимания на нас с Надюшкой, что-то щебечет Андрею.

Она совсем освоилась, и я не удивлюсь, если вскоре блондинка попросит нас с Надюшкой деться куда-нибудь, желательно в район Северного полюса.

Или Южного. Элеонора, уверена, любезно предоставит нам право выбора.

«Слушай, извини, Марианнчик, – шепчет мне Надюшка, – я не знала, что она такая наглая, так бы в жизнь не подошла бы». «Ничего страшного, всё путём, Надюш…» – а что ещё я могу сказать?

Мы проходим сквозь новомодные зеркальные вращающиеся двери. Я мельком ловлю наше отражение. Лучше бы мне не смотреть. Я вижу взгляд Андрея. Он смотрит на неё. На Элеонору…

глава 48

Марианна

Ночной клуб оглушает меня.

Здесь же совершенно невозможно находиться. Я в нерешительности останавливаюсь на пороге. Я сюда не хочу. В душной темноте истерично мигают разноцветные взрывы искр, множество народа мечется туда-сюда в каком-то броуновском движении. Вдали, на танцполе, извиваются в танце тела.

Мне хочется развернуться и уйти отсюда, домой, к маме и Алёнке, но меня подпирают входящие сзади, да и Андрей ободряюще приобнимает меня.