Сердце Белого леса

Информатор, в свою очередь, украл его у подвыпившего и наевшегося бельи рудоплавильщика, которого давно считали заговорщиком. Леннарт что-то вычитал в этой вещице, но от вопросов Аликс лишь отмахнулся, обронив пару намёков. Сказал только, что подозревает, кто стоит за предателями. И больше ничего."

"«Ржавчина и пепел, – подумала Аликс, воткнув меч в землю. – Амулет стоил ему жизни». Она снова подошла к Леннарту и обыскала его, но артефакт исчез. Ну конечно. Он показывал ей эту штуковину только раз, но она отлично запомнила все детали.

Амулет был размером с монету и сделан из мерцающего чёрного металла. По внешнему кругу шёл необычный узор из переплетающихся линий, а в центре был выгравирован глаз. На месте зрачка алел камень.

Придётся начать всё сначала. До того как они заполучили амулет, Леннарт собирался устроить ловушку в городе Екатерин, чтобы выманить предателей. Его попутчице отводилась роль приманки.

Аликс решила действовать по разработанному плану.

Оставалось подыскать новую приманку. Может, завести слугу?

Она нерешительно подняла меч Леннарта. Аликс не любила прикасаться к чужому оружию, и меч, казалось, почувствовал её настроение, потому что лежал в её руке безжизненным и тяжёлым грузом. Клинок был весь в зазубринах – похоже, Леннарт перед смертью изо всех сил бился с противниками. Он любил этот меч, и последнее, что Аликс могла для него сделать – наверное, подправить неровные края, а потом передать оружие в Совет гильдии.

Значит, предстоит остановиться у ближайшей кузницы.

Всё ещё пылая гневом, Аликс, ломая ветку за веткой, принялась собирать дрова для погребального костра Леннарта. Только к вечеру набралось достаточно. Она знала, что ей предстоит долгое одинокое бдение. Так требовала традиция, к тому же Леннарт был ей симпатичен, и она по своей воле отдала ему эту последнюю дань уважения. Хоть и торопилась.

* * *К тому времени, когда солнце опустилось за горизонт и на небе появился красноватый диск третьей луны, Рена была уже далеко от деревни, уверенно шагая на восток к травяному морю.

Она ещё не до конца сбросила охватившее её оцепенение. Воспоминания проносились в её голове, беспорядочно перемешиваясь – красивое и уродливое, повседневная жизнь в Земляном доме. Только сейчас она поняла, что будет очень скучать по дяде, несмотря на его грубоватые манеры. Он её любил, хоть и редко это показывал.