Земля лишних. Трилогия

Темные в темноте лицо и плечи, белое полотенце, в которое она запахнулась. Подошла к кровати, остановилась и тихо спросила:

– Ты спишь?

– Нет.

– Они думают, что мы – семья. А ты даже не знаешь, как это со мной.

– Не знаю.

Она сбросила полотенце, шагнув вперед, в полосу лунного света из окна. Все ее тело из темного силуэта превратилось неожиданно в рельефную скульптуру. Прекрасная шея перетекала в сильные и в то же время изящные прямые плечи, грудь, пожалуй, даже крупная чуть-чуть, самую малость, отвисала под своей тяжестью, как бы добавляя себе естественности, и была нежна и упруга.

Плоский, мускулистый живот с чудесным небольшим пупком сейчас был покрыт гусиной кожей – Бонита замерзла. Бедра были божественны и божественны же ноги. Аккуратное маленькое пятно волос в треугольнике паха только притягивало взгляд, подчеркивая, каким же красивым может быть это место у женщины.

– Красивая? – улыбнулась она, перехватив мой взгляд.

– Безумно красивая.

– А так?

Она повернулась спиной.

Говорят, такие красивые попы бывают только у кубинок и бразильянок. Ерунда, у них таких тоже не бывает. Форма зада Бониты представляла собой завершенную гармонию. Идеальные ягодицы, две маленькие ямочки повыше копчика, совершенная ложбинка сильной спины, тонкая талия, развернутые плечи.

Она снова повернулась лицом, я видел, как в улыбке сверкают зубы:

– Ты все рассмотрел?

– Но не насмотрелся.

– А надо было насмотреться, пока я тебе предлагала, – сдержанно хихикнула она. – Теперь будет труднее.

Она встала на колени возле меня на кровати, одним махом сдернула простыню, которой я был укрыт.

– Не обманул, я тебе понравилась. Ты устраивайся поудобней, чтобы все-все видеть.

И, обхватив меня руками за бедра, быстро нагнулась. Волосы рассыпались, но она откинула их рукой в другую сторону. Чтобы я все видел.

Территория России, протекторат Русской Армии, Пункт постоянной дислокации. 22-е число 6-го месяца, суббота, 07:00

Этой ночью мы почти не спали. Уже ближе к утру, утомленные, буквально измучившие друг друга, мы все же уснули в обнимку.

И в семь утра нас разбудил звонок будильника в моих наручных часах. Я суматошно приподнялся на кровати, и рука Бониты свалилась с моей груди. Это ее не разбудило, она только что-то пробормотала по-испански. Я откинул с ее лица рассыпавшиеся волосы, начал целовать в висок, щеку, шею, плечо. Так, не просыпаясь, она обхватила меня за шею и притянула к себе. Подъем отложился на час.