Секс-няньки по соседству

Ее кожа вся раскрасневшаяся, но ее лицо, оно было чертовски довольным и счастливым.

Неужели это может принести такое удовольствие?

В духовке звенит, выдергивая меня из несбыточных фантазий, звонок. Сообщая, что кекс готов и я аккуратно вытаскиваю противень, чтобы не обжечь голые участки кожи.

Голые, потому что сегодня я решила ходить по дому в одном, — да, да, не слишком приличном, — купальнике. Мне очень нравится, как он подчеркивает и показывает мою округлую, как два упругих шарика грудь.

Глупо? Возможно.

— Чем так ахуенно пахнет?

Слышу голос Захара позади себя и ощущаю, как он прижимается к моей спине крепким телом. Чувствую, как он втягивает запах моих волос на затылке. Руки обнимают за талию и… он тут же отходит, когда раздается второй бас:

Глава 17

— Ты ограбила ресторан?

Поворачиваюсь и застываю на месте, так как вижу, что Ренат стоит облаченный в рубашку и светлые брюки.

О, держите меня.

Захар тоже одет отлично, я бы даже сказала сексуально в своей футболке, но сейчас все мое внимание и искры флирта направлены на горячего татарина.

Он как обычно серьёзен и сосредоточен. Оглядывает меня с ног до головы и… морщится.

Это что за реакция такая?!

— Я приготовила нам завтрак, — откашливаюсь, говорю Захару с милой улыбкой. Указываю на высокий стол, под тип барной стойки, где уже накрыто на троих.

Приторность тона моего голоса зашкаливает. Поворачиваю голову, хлопаю ресницами в сторону главной цели.

Честно? Самой от себя противно.

А ему, кажется, насрать."

"— Я ужасно голоден! А ты, друг? — обращается Захар к этому остолопу, что не обращает на меня никакого внимания. Не на долго.

— Неужели Кукла-Барби умеет готовить? — ухмыляется Ренат, пытаясь выставить меня не в лучшем свете.

Мудачьё.

— Кто помогал? — задает он вопрос, вздергивая бровь и оперившись о дверной косяк.

Не могу оторвать от него взгляд. Какой же он огромный! И у него. Да, да, тоже огромный.

Это в его руках я была утром?

Я словно загипнотизирована этим мужиком, особенно после того, что между нами произошло. Отравил собой. А это многое поменяло, для меня так точно.

Он ведь, считайте первый, а значит самый запоминающийся.

Но я не понимала его поведения.