Секс-няньки по соседству

Зная, что она проследит взглядом.

— Не видно? Искупаться пришёл.

И в подтверждение своих слов, отодвинул ее немного в сторону и встал под теплые струи воды. Сменил на более горячую.

Выбросил мочалку, чтобы могла посмотреть с каким богатством я к ней пришел. Впрочем, и ей было, что показать.

Маленькие синяки украшали загорелую кожу, делая ещё более сексуальной, ведь я знаю, что сам оставил многие из них.

Она все еще недоумевает, словно находится в трансе, но тут же отмирает, когда хватаю ее за талию и тяну к себе.

— Захар, уходи. Немедленно! — верещит она и пытается меня оттолкнуть.

Но как-то неуверенно, словно не хочет, чтобы я уходил. Я тут же даю ей еще шанс хорошо подумать, хочет ли она сопротивляться, когда прижимаю стояк к ее животу.

Бля-я, даже заурчать захотелось.

А член мысленно заставить не дергаться в пред оргазменных судорогах.

— Никуда я не пойду, пока мы не поговорим и не потрахаемся, — рычу ей в лицо.

— Я не буду… Я не могу…

Не даю ей договорить и хватаю за упругую, скользкую задницу, притягивая сильнее к себе.

Чтобы бились смачными шлепками, чтобы кричала, как сука, чтобы стягивала влагалищем, как перчаткой.

Блять, майор Одинцов, в руки себя возьми!

Да, не могу. Продолжаю углублять поцелуй, который таковым не является. Это совокупление в чистом виде. Звериная прелюдия перед еблей.

Пожираю ее губы, кусаю за подбородок и веду вниз языком по шее.

Нет, я не могу ей этого позволить. Не дам снова меня игнорировать.

Разве я заслужил такого обращения к себе? Так она платит мне за мою любовь? А может самое время для признания? Раз той ночью она не поняла или не услышала.

— Катя… Я же соскучился. Зачем ты так со мной? — не узнаю свой голос.

От этой ванили тошно. Но я потерплю, чтобы потом жёстко ее выебать во все щели.

Супружеской? А что, это ведь отличная идея!

Глава 49

После моих слов она только сильнее начинает сопротивляться. Отталкивает. Старается.

Хватаю ее за подбородок и в глаза ее бездонные смотрю. И почти отшатываюсь, сколько же там боли. Мне просто необходимо ей помочь. Загородить своей широкой спиной. Забрать ее себе, чтобы больше не страдала. Ведь это же моя обязанность, как ее мужика.