Секретарь старшего принца 3

«Всё наладится, – пообещала я себе, – всё забудется, сотрётся из памяти, как с этой земли стёрли все напоминания о недавних событиях, вернув все дорожки, живые изгороди и беседки на прежние места. Так и в моей душе когда-нибудь настанет покой. Когда-нибудь…»

Уже делая шаг с крыльца, заметила на дорожке к дворцу странно идущего медведеоборотня в красном мундире. Потом сообразила, что странное в его походке – попытка подстроиться под неторопливый мелкий шаг девушки, в то время как ему явно хотелось идти быстрее.

Её золотое платье сверкнуло на солнце, медведеоборотень перевёл взгляд с неё на беседку впереди, и я узнала Дариона. Девушка оступилась, и он поддержал её под локоть.

Они свернули по дорожке, и он сместился, открывая её моему взгляду. Это была леди Заранея. Опираясь на его руку, она хмурилась. Меня царапнуло противоречивыми эмоциями: вроде естественно, что они общаются о делах, но недавние события показали, что Дарион слишком требователен к ней, и мне захотелось подойти и поддержать леди Заранею, как-то защитить, потому что Дарион не отличался мягкостью.

Но потом я сообразила, что это не моё дело (я могу быть ей не очень приятна, всё же она стала любовницей императора, спасаясь от брака с моим отцом), и, тряхнув головой, зашагала к телепортационной площадке.

* * *"

"«Они здесь», – это знание не давало покоя, придавливало к креслу моего кабинета в столичном ИСБ, затмевало свет солнца. Самое плохое – я не могла даже признаться, что получила информацию об отчёте агента.

Пыталась сосредоточиться на документах, заботливо сохранённых официальным заместителем Элора Миллорионом неприкосновенными до моего возвращения к делам, но смысл предложений упорно отказывался оседать в сознании. И это грозило стать проблемой, потому что на рассмотрение у меня была стопка бумаг высотой десять сантиметров.

Я смотрела на буквы, и казалось, они складываются то в ненавистную уже вязь переплетающихся тел, то формируются в обезображенные тела и истекают кровью.

– Да сколько можно?! – Отшвырнув ни в чём неповинное перо, я резко поднялась. – Почему я должна выполнять все его обязанности?

Во мне говорили злость на себя и Элора и уязвлённая гордость: когда я спросила, зачем он держит такого непутёвого заместителя (очередного, между прочим, ведь предыдущий ничего не делал, ещё и предателем оказался), Элор ответил, что заместителем считает меня, а Миллориона – секретарём.