Секретарь старшего принца 3

С каким удовольствием я бы швырнула огромный рабочий стол в ни капли не успокаивающий магический водопад на стене. Изодрала диван, на котором Элор меня целовал. Выбила окно, впуская чистый воздух. Разнесла бы полки с документами, вонзила в ненавистные бумажки когти и рвала в мелкие клочья. А потом то же самое сотворила бы с кабинетом Элора. После прошлась бы от первого до последнего этажа его башни, разнося каждую гостиную, сдирая когтями обои, круша изящную мебель, уничтожая всё на своём пути, выплёскивая и безумную ярость, и это ненавистное желание.

Но в фантазиях этот разрушительный вихрь попал в руки Элора, и вот мы уже катались по обломкам и осколкам, рыча и целуясь.

«Я должна закончить с этой пачкой документов», – напомнила себе и снова сосредоточилась на буквах-словах-предложениях. Я не хотела сдаваться.

Не глядя, я вытащила из выдвижного ящика кинжал, передвинула левую руку подальше от бумаг и резким движением пригвоздила ладонь к столу. Мгновение спустя боль взвилась до плеча, перехватила дыхание, ворвалась в сознание, тесня сладострастные образы.

Боль притупляла желание, а с болью я справляться умела. Наконец получилось сосредоточиться на служебной записке Миллориона: от гильдий поступило несколько интересных предложений по созданию новых улучшенных версий амулетов, пошиву формы с магическими усилителями, а гильдия магкаллиграфов предупреждала о повышении цен на письменную бумагу с их печатями для передачи посланий высокой степени секретности.

Снова Киарстены… Это имя напомнило об условии вассального им мужа матери Сирин Ларн, и о том, что Элору она себя в любовницы всё же предложила.

Боль пронзила приколотую руку – представив с Элором нагую Сирин Ларн, я сжала кулаки и поплатилась болью. Правильно говорил дедушка: сильные эмоции вредны, они делают нас уязвимыми, и истинное благо для менталиста – научиться усмирять их, вырывать с корнем.