Секретарь старшего принца 2

Тот, судя по пробивающимся эмоциям, был слегка обескуражен, но не планировал ничего дурного или опасного. Я на всякий случай оглядываюсь: двое гвардейцев-медведеоборотней следовали за нами. Они неподвластны ментальному воздействию, интересно, на них подействовало бы внушение Бездны?

Снова мы услышали уличное пение, шуршание в готовящемся ко сну замке. На третьем этаже Шарль свернул в коридор с несколькими двустворчатыми дверями и распахнул одну из них."

"Это была светлая гостиная. Пустая. Но чей-то страх разливался по ней: панический, с примесью чувства вины, стыда и боли.

– Выходи, – велел Шарль.

Над диваном показалась кудрявая макушка, а затем и бледное лицо со ссадинами на скуле. Кудри пружинками торчали в разные стороны, создавая вокруг головы плотный светлый ореол. В больших изумрудных глазах, очерченных такими тёмными ресницами, что те казались обведёнными, был страх.

– Это Альвир Мэгран, – представил его Шарль.

А вот и наследник одного из бунтовщиков пожаловал.

Он уцепился за спинку дивана и поднялся выше.

Шарль закрыл дверь, оставив гвардейцев снаружи.

– Ваше высочество, – выбравшись из-за дивана, Альвир рухнул на узорный ковёр с длинным ворсом и взмолился, – прошу о защите.

А Данарр у нас… если не ошибаюсь, наследник Шадаров.

– Твой род взял его в плен? – сурово спросил Элоранарр.

– Нет, нет, он в своём родовом замке. Но его надо спасти, иначе его убьют!

Альвир искренне верил в то, что говорил, и его ужас был глубоким, всепоглощающим.

– Что случилось? – Элоранарр хоть и выглядел сердито, но на Альвира не злился. Возможно потому, что у них было кое-что общее: на первых двух отборах Альвир так и не нашёл себе избранную, что ставило под вопрос его статус наследника, если на приближающемся третьем отборе он не найдёт себе пару.

Альвир ударился лбом о ковёр:

– Я не могу сказать, это…

– Только не говори, что это дело чести! – рявкнул Элоранарр.

Шарль благоразумно отступил к двери и был готов в случае чего выскочить наружу. Но то, что он остался здесь, на разборках трёх драконов, показывало его смелость.