Секретарь старшего принца 2

– …Мы ничего не можем сделать, – договорил кто-то, отчитывавшийся перед Элоранарром, а тот рыкнул:

– Так придумайте что-нибудь, включите головы. Должны быть какие-нибудь способы!

– М-мы пытаемся, ваше высочество.

Пятеро пат туринцев разошлись в стороны. Их движения были по-человечески пластичными, но в то же время какими-то неестественными. Лица скрывались за медными масками с тёмными стёклами для глаз и отверстием на уровне рта, накрытым густой сеткой. Трое из них нырнули в разлом в земле. Невнятно послышались встревоженный человеческий голос и сухой безэмоциональный ответ пат туринца.

«Ты, случаем, не агент Пат Турина? – как-то раз насмешливо спросил серебряный Рингран, услышав мой выхолощенный голос. – Зачем ты так бесцветно говоришь?»

«Так всем спокойнее», – ответила я, ответила правду, потому что, в отличие от него, дракона с огненным даром, прекрасно чувствовала, когда существа боялись, что я голосом управляю ими, весь ужас их сомнений в том, свои ли мысли они думают, или навязанные.

В Эёране мне не было места, а в Бездне меня любили и принимали…

«Ты больше никогда не будешь одиноким», – доказательство обратного. В Бездне не знали, кто я, а значит, не могли по-настоящему принять.

Но даже так там было слишком хорошо.

И всё же это был обман.

Фальшь.

Я её почувствовала, я уловила незнакомые ноты управления и заметила обман. Но для существ, которые не читали звуки и не скрывали таких тайн, как моя, – для них мир Бездны наверняка казался идеальным.

Теперь я понимала, почему ей так охотно и фанатично предаются.

Меня тряхнули за плечи, и я увидела перед собой золотые пуговицы на красном. Запрокинула голову: тряхнувший меня Дарион с беспокойством смотрел мне в лицо.

Но подошёл Элоранарр, мрачно обронил:

– Иди, проследи за порядком.

– Слушаюсь, – в голосе Дариона прорывалось сдерживаемое беспокойство.

Он отпустил меня, а едва отошёл, Элоранарр тоже взял меня за плечи и развернул.

Мы стояли на окраине того, что осталось от поселения.

– Рота Белая скала уничтожена полностью, – с затаённой яростью произнёс Элоранарр.