За руку с ветром

Совершенно некстати девушка вспомнила слова гадалки, сказанные когда-то давно, словно в прошлой жизни:

«Он изменит тебя, ты – его. Будешь счастлива с ним, хотя тебя ожидает много испытаний. Ты верная, уйдешь с ним…»"

"Решение пришло к ней почти мгновенно, и девушка бегом бросилась следом за молодым человеком, чувствуя то же самое, что чувствовала следующим утром Ника – если она сейчас догонит Петра, то все будет хорошо, все обязательно будет хорошо, главное, не потерять его, потому что, потеряв его, она потеряет и себя.

– Подожди! Я уеду с тобой! Я хочу уехать! Возьми меня с собой! Петя, пожалуйста! – прокричала Лидия, глядя, как Петр садится в белую машину. Он не оглянулся и захлопнул за собой дверь. Автомобиль резво тронулся вперед. Девушка отчаянно закричала и продолжала бежать, хотя в туфлях это получалось плохо. Увы, машина, почти бесшумно скользившая по асфальту, оказалась быстрее ее длинных ног.

Ноги девушки в буквальном смысле подкосились, и она в своем красивом вечернем наряде уселась прямо на тротуар, закрыв лицо руками. То, что случилось за эти несколько минут, подкосили ее и принесли куда больше горя, чем расставание с каким-то там Женей – а ведь тогда она так переживала, плакала, пока никто не видит… И чего переживала, дура?! Да сдался ей этот меркантильный бабник, которого она, как думала, любила.

Отложенная куда-то вилка, что с некоторой периодичностью впивалась в ее сердце, вновь коснулась его острыми зубчиками. Утратить то, что казалось тебе настоящим счастьем еще несколько минут назад – не это ли есть одна из величайших потерь на земле?

– Ты с ума сошла, сидеть в нем на земле? – раздался над девушкой голос Петра.

Она медленно отняла руки от лица и посмотрела вверх. Вилка разломалась на множество кусочков. Перед ней стоял ее Петя. Он вернулся! Вернулся за ней!

Молодой человек протянул Лиде руку, и она поднялась на ноги, чувствуя во всем теле дрожь.

– Ты хочешь со мной? Да? – спросил срывающимся голосом парень.

– Да! Хочу. Хочу!

– Ты будешь жалеть.

– Не буду.

– Тогда пойдем, – и они уже вдвоем оказались в салоне белоснежной машины.