Сбылась мечта хулиганки

Узнав голос звонившего, Вахмистр напрягся.

– Здравствуй, Петр Степаныч!

– Здравствуй, Сергей Вадимович! Как здоровье?

– Ладно, не до здоровья тут. Чем у тебя Копылов занят?

Вахмистр похолодел. Неужели этот болван запорол дело? Неужели он попался?"

"Стараясь не выдать голосом своих чувств, Петр Степанович осторожно осведомился:

– А что? С ним что-нибудь стряслось? Так, текущие вопросы он решал, ничего особенного…

– Текущие вопросы? – В голосе собеседника легкая издевка мешалась с нарастающим раздражением.

 – Странные он решал вопросы! Твоего Копылова опознали в областной больнице. Умер твой референт, погиб в ДТП. Скорая помощь с места аварии везла, в машине умер, не приходя в сознание. Со скорой помощью тоже там странности какие-то, я их не понял – то ли санитар куда-то делся, то ли еще что, но не это главное. Копылов твой разбился на угнанной машине. Старая «Ауди», восемьдесят шестого года. Он у тебя что – бедный совсем, что старье такое угоняет? Шучу. Мы, конечно, дело замнем, но ты сам понимаешь – на фига мне такая головная боль?

Вахмистр смотрел на стену перед собой остановившимся взглядом.

– Разбился, говоришь? – проговорил он еле слышно. – А еще жертвы были в этом ДТП?

– Что?! – переспросил собеседник. – Еще жертвы? Тебе что – мало? Да нет, слава богу, только он один пострадал. Если бы еще жертвы оказались – тяжелее было бы замять… Ты же знаешь – эти газетчики, телевизионщики только и рыщут, вынюхивают какой-нибудь скандал… Ладно, Петр Степаныч, будь здоров, чувствую, ты не в духе.

Позже созвонимся.

В трубке зазвучали гудки отбоя, а Вахмистр все сидел, уставившись в одну точку.

Значит, Палыч погиб! Последний человек, на которого можно было рассчитывать. А эта дрянь, эта девка по-прежнему жива! Заговоренная она, что ли! Нет, это нельзя объяснить одним везением…

Телефон снова зазвонил.

Петр Степанович и не заметил, когда положил трубку на аппарат. Он снова схватил ее в безумной надежде, что Сергей Вадимович ошибся, в ДТП погиб кто-то другой, а сейчас звонит Палыч, чтобы сообщить – все в порядке, девчонка устранена, можно спать спокойно…

Но это снова звонил не Копылов.

То есть теперь в трубке вообще было молчание. Но не такая тишина, какая бывает, если на станции произошел сбой и разговор прервался, – нет, в трубке слышался гулкий шорох большого пустого помещения и чье-то негромкое дыхание. Кто-то держал трубку возле уха и молчал.