Самый трудный день

В Москве находилось посольство Израиля, и граждане России свободно могли посетить Иерусалим и израильские курорты. Правда, там не всегда было спокойно – арабы, живущие в Палестине, время от времени совершали нападения на евреев и на представителей других национальностей. Но в XXI веке терроризм вообще стал очень большой проблемой. Бомбисты, взрывающие себя вместе с ни в чем не повинными людьми, стали здесь вполне обыденной вещью. Но вернемся к тому, о чем мне говорил товарищ Сталин.

Он предупредил меня о том, что со мной обязательно попытается встретиться посол государства Израиль.

Товарищ Сталин предупредил меня, чтобы я не отказывался от подобной встречи. Еврейские банкиры и политики весьма влиятельны во многих странах мира, и в случае открытой ссоры с ними мы можем иметь большие неприятности. А в том случае, если мы сумеем найти с ними общий язык, то, наоборот, они могут оказать нам немалую помощь. Товарищ Сталин дал мне подробнейшую инструкцию и некоторые документы, которые должны помочь в разговоре с представителем Израиля. "

"И вот, уже на второй день нашего прибытия в будущее, наш референт из Министерства иностранных дел Российской Федерации доложил мне, что посол Израиля господин Гарри Корен настоятельно просит господина Громыко встретиться с ним. Как и советовал мне товарищ Сталин, я согласился на встречу, и наш с ним разговор должен был состояться в помещении Министерства иностранных дел Российской Федерации. Тем самым мы лишний раз подчеркнем единство нашей внешней политики.

Да и иначе не должно быть – ведь не зря же я с 1957 по 1985 год был министром иностранных дел СССР. Я хорошо запомнил, как посмотреть на меня приезжали старые дипломаты и, встретившись со мной взглядом, хватались за сердце. Удивительная история получается – те люди, которые совсем молодыми пришли в МИД во времена моей старости, сейчас оказались вдвое меня старше.

Господин Корен вежливо поздоровался со мной. Потом мы уселись за стол, и первым же делом он попросил на хорошем русском языке переводчика оставить нас вдвоем.

Русским языком посол Израиля владел свободно, и переводчик нам действительно был не нужен.

– Уважаемый Андрей Андреевич, – господин Корен решил сразу перейти к делу, – я напросился на встречу с вами для того, чтобы спасти мой народ.

Такое необычное начало нашей беседы меня весьма удивило. Я даже не понял, о чем, собственно, идет речь.