Ружемант

— Такую беду на себя навлек. Про Инну-то ты подумал? Хотя… молчи, где тебе думать…

Саныч махнул на меня рукой.

— Ты хоть знаешь, что они делают с такими, как ты? Это я тебя в камере попридержу, и все, а сейчас тебе повестку дали. ПОВЕСТКУ! Это ссылка туда, на передок. Дадут автомат и скажут: воюй!

Невольно вспомнился один фрик с фирменным вопросом «а ты знаешь, что делают в тюрячке⁈»"

"— И с кем же мы воюем? — Вопрос вырвался сам собой. Летеха посмотрел на меня, как на умалишенного.

Вообще-то, это мне стоит так смотреть на всех.

— Шутить вздумал, Потапов? Новости глянь, так сразу и узнаешь!

УАЗик вырулил на мою улицу, остановился ровно у моего дома.

Дом мой, двор совсем не мой. Яркость детских площадок сменилась брусьями спортивных снарядов. Отгороженное сеткой поле для игры в футбол исчезло, будто его тут никогда и не стояло.

На месте лишь обжитые старушенциями лавочки. Стоило мне выскочить из полицейской машины, как они тут же зашептались меж собой.

Хоть что-то в этом мире так, как и должно быть…

СанСаныч высунулся из окна.

— Ты вот что, Максим. Иди домой, ложись спать. Тревожсумку-то тебе Инна, поди, еще загодя собрала. Я в участок вернусь, позвоню куда надо, может, до чего и договорюсь, но ты шибко не надейся. Ежели что, я за Инной твоей присмотрю. Попал ты парень, как кур в ощип…

Он качнул головой. УАЗик взревел кашляющим двигателем и умчался прочь.

Я смотрел ему вслед. Если это не розыгрыш, то точно сон.

Домофон приветливо пиликнул, когда я прислонил к нему ключ, пустил внутрь.

Родной подъезд знаком и незнаком одновременно. На меня угрюмо взирали ряды мятых, разрисованных почтовых ящиков. Размашистая красная надпись вот уже который год сообщала, что у двадцать второй — долг. Лишь бы снова не залили клей в замочные скважины, промелькнуло у меня в голове.

Лифт был как обычно неприветлив. Глаз вспыхнувшей кнопки вызова лениво загорелся, как будто окинул меня взглядом. И решил умчать платформу на девятый этаж, пустоте, к которой он всегда уезжал, ведь нужнее…

Плюнул на него, не собираюсь топтаться целую вечность.

Зачем-то потянул руку к дверному звонку. От стресса и забыл, что вот уже последние три года живу один. Порылся в кармане, ища ключи, но меня опередили.

За дверью мягкие, осторожные шаги, услышал, как качается жестяной колпачок, прикрывающий глазок. Не успел даже удивиться, как замок отперли.