Ружемант

Хочешь кружевное бельишко? Воюй-мама, не горюй!

По дороге я отвлекал Белку от случившегося пустыми разговорами, но тщетно. Если до теракта в торговом центре она открывала передо мной душу, сейчас как будто наоборот, закрывалась в себе.

Но у нее тут же загорелись глаза от обилия того, что лежало на витринах. И сразу потухли: за своего «Вождя» она уже расплатилась. У нее-то чип привязан к счету, да и стрелять, не купив, она бы не смогла. Не ружемант же…

— Выбирай, что понравится, — шепнул я ей на ухо. Мне-то легендарка досталась на халяву, деньги были.

Она в привычной манере хотела возразить, что дорого, но я приложил палец к ее губам, заставил умолкнуть. Подтолкнул легонечко к двери, выбивая прочь неуверенность.

Кассиры смотрели на нас, витая в облаках. Одной виделся злостный, нахальный искуситель. Подхватил девочку-простушку и жаждет купить ее за дешевые шмотки. Вторая… а хрен знает, не умею читать мыслей.

— Вот. — Белка как будто нашла свою мечту. Взамен разорванному выбрала яркое, небесно-голубое, с цветами по подолу платье.

Юркнула в раздевалку, скинув ставшее ненужным тряпье. Я сразу понял, что отсюда она уйдет именно в нем. Хочет похвастать обновкой перед всем миром. А может, просто желает вцепиться в собственное крохотное счастье и никогда его не снимать.

Из магазина шли в приподнятом настроении. Как жаль, что всегда найдутся те, кто его испортит.

Смех Белки, счастливый, прекратился, едва на горизонте замаячили три расфуфыренные девицы. Изменилась в лице, взяла меня за руку, прильнула грудью.

Они заметили ее и узнали. Улыбки довольных хищниц легли на размалеванные лица.

— Девоньки, глядите! Это же наша побирушка Светлана!

Говорили громко, никого не стесняясь. Хотели, чтобы слышали все. Все, как принято в таких случаях, предпочли молчать и глазеть.

Белка, способная без труда выпустить механические потроха порождению оружейной чумы, молча опустила голову.

Меня мягко отстранили в сторону, одна из них позволила себе заставить меня попятиться. Уткнулась в меня массивной, затянутой в кожаный топ грудью.

— Где ты откопала себе такого красавчика, Света? Тебе не к лицу. А что на тебе надето? Это что, из «На-Дежки»?

Заливистый, противный смех.

Прошлое, о котором Белке бы хотелось забыть, настигло ее там, где она ждала меньше всего.

Дернули за подол только что купленного платья.