Рожденная для его любви

Где твои родители? Почему ты живешь одна на окраине Питера?

Тень промелькнула на лице Майи, и первым порывом было отказаться, но потом она передумала:

— Борис, особо рассказывать нечего. Родители жили своей жизнью, мало обращая на нас, я имею в виду, детей внимания. Отец…он…был разочарован моим появлением на свет. Он, так скажем, ждал сына, крепкого вампира, который бы смог поднять на ноги наш угасающий род, а родилась девочка, да ещё калека. Поэтому он относился ко мне…пренебрежительно.

Борис прищурил глаза. Он понял, что Майя сильно смягчает краски.

— А мать?

Майя пожала плечами.

— Мама всегда была сама по себе. После смерти отца она оставила нас, отправившись путешествовать. Больше её никто не видел.

— То есть, как вариант, мне ждать на пороге ещё одну родственницу? — шутливо фыркнул Борис.

— Как вариант, — в тон ему вторила Майя, но секунду спустя стала более серьезной: — Борис, то, что происходит сейчас, вот здесь, сегодня, это не розыгрыш? Мне это не снится?

Борис, оттолкнувшись от края джакузи, подплыл к ней и прикоснулся пальцем сначала к её щеке, потом к губам.

— Мои прикосновения тебе тоже снятся?

— Нет, они очень реальны.

— Тогда почему ты продолжаешь сомневаться? Ты чего-то боишься? Скажи мне сейчас, чтобы потом не было недомолвок.

Взгляд девушки скользнул к кольцу, которое она сняла, когда Борис принёс её к джакузи. Сейчас черный бриллиант сиял, покоясь на столике, стоящем рядом с джакузи.

— Я не сомневаюсь…Наверное, ещё никак не могу прийти в себя. Ты и я…Мы вместе…

— Конечно, вместе! Лично я об этом знал, как только тебя увидел в клубе «Жерло». Сразу понял — ты будешь моей!

— Ага, и поэтому похитил меня, грозился изнасиловать и постоянно рычал на меня!

— А ты так и испугалась, забившись в угол! Вон на какой подарок раскрутила!

— Я???? Это ещё на какой?

— Узнаю слова истинной женщины! Ей подарки даришь, а она о них забывает неделю спустя!

— Борис….

— Велосипед теперь у нас за подарок не считается?

— Сандровский, ты!…, - Майя рассмеялась, и на душе стало легче. Подшучивания Бориса ей начинали нравиться. Он находился близко, и она отважилась сделать то, о чем мечтала последние дни. Она подняла руку и дотронулась до щеки со шрамом. Борис вздрогнул, но руку её не оттолкнул.