Телохранитель для Снежной

Ситуация складывалась довольно удачно, пока не вмешалась эта богатая выскочка.

— У нас, — уверенно подтвердил Илья, ощутив, как Симона ободряюще сжимает его плечо.

— Быстро же ты переобулся.

— Следи за языком, — предупредил он, смерив ее хищным взглядом. Временная потеря возможности передвигаться не лишала его языка. Илья владел словом в совершенстве и с легкостью мог так унизить Наталью, что та вовек бы не отмылась.

— В общем, так! — взвизгнула она, чувствуя, что придется отступить. — Своего сына я вам не оставлю и не надейтесь!

— Ну мам! — заголосил ранее притихший Иван.

— Собирайся, пойдем. — Она указала на дверь, но мальчик не пошевелился.

— Нет, я не хочу, я с папой, — упирался он до последнего, но Наталья не собиралась сдаваться. Как фурия подлетела к кровати, схватила сына за шкирку и потащила к двери.

— Оставь его! — рявкнул Илья, резко сел на постели и весь сжался от острой боли пронзившей все тело. Не выдержав этой муки, беспомощно рухнул обратно на подушку.

— Может, остановишь меня? — Наталья обернулась в дверях, лицо ее исказила кривая ухмылка победителя.

Илья сжал кулаки в бессильной злобе и ударил ими по обе стороны от себя. Больше ни на что не был способен, и эта беспомощность сильно угнетала.

— Я все решу. — Симона склонилась к нему и невесомо коснулась губами виска.

— Не надо… — попытался остановить он ее.

— Надо. — Она решительно вышла в коридор и направилась к выходу, видя перед собой спину Натальи.

— Чего тебе? — Та остановилась и обернулась.

— У меня есть предложение, которое тебя заинтересует… — зашла издалека Симона, раздумывая, с какой стороны подступиться.

— Ну-ка, — самодовольно усмехнулась Наталья и сложила руки на груди.

— Отпусти мальчика пока к отцу, а мы поговорим.

— Ну хорошо. — Она подтолкнула Ивана обратно к палате. Тот радостно забежал внутрь."

"— Сколько тебе нужно денег, чтобы не мучить никого и уехать без ребенка? — холодно и по-деловому начала Симона.

— Ты с ума сошла? Хочешь купить моего сына?

— Я хочу купить спокойствие для всех, — все так же невозмутимо продолжила Симона. Ей было что предложить, а Наталья слишком жадная и алчная, чтобы отказаться.