Ритуал

Почти ничего не изменилось – наемники ползали на коленях, Серые ходили с фокусными камнями, Старуха потрясала тростью и свитками – видимо ругая тех, кто допустил ошибку.

Анастас брыкался – пытался, пока на него не бросили частичный стазис, чтобы заткнулся, и, просто подцепив под руки, поволокли тело в дальнюю часть к жрецу.

Его тащили спиной – лицом к нам – говорить он не мог, но в глазах плескался бесконечный ужас – он орал молча, орал изо всех сил, но я ничего не могла поделать – меня забрали второй.

Один из Серых аккуратно, почти бережно, потянул наверх, придерживая, чтобы удержалась на ногах, и вытащил из клетки. Кантор получил сапогом по ребрам и по зубам от другого серого и откатился обратно. Клеть вспыхнула серебристыми линиями решетки, и все исчезло – после этого купол сверкнул разрядом – Тир попытался выбраться? И все стихло.

Прежде, чем я успела открыть рот, в спину впечатали плетение «стазиса».

Серый был невысокого роста, стройный – на голову выше меня, пахло от него знакомо – алхимическими зельями и эликсирами, как будто ещё утром он стоял за лабораторным столом, нарезая ингредиенты.

– Подожди! – окрик Старухи прозвучал резко, трость звонко клацала по камням в такт шагам.

Меня развернули к ней лицом, как куклу.

Аю за эти дни … постарела – резче обозначились глубокие морщины, которые прочертили лицо бороздами, глаза полыхали больным безумным предвкушением, рука, лежащая на набалдашнике трости – подрагивала. Раньше она выглядела лучше.

Ледяные влажные пальцы дотронулись до моего подбородка, и я даже не могла скривиться от отвращения.

"– Скоро все закончится… девочка. Молись, если веришь, чтобы в следующем перерождении тебя миновала участь родится в семье Блау…, – она засмеялась каркающим смехом, и захрипела, закашлявшись. – Наноси знаки точно по рисунку, точно! Я проверю, – скомандовала она повелительно, и Серый немного кивнул в ответ.

Меня усадили в дальней части зала – где недалеко чернел зев запечатанного спуска в шахту, на какие-то тюки, рядом парили сразу три светляка, стоял столик с пиалами, кистями, лежали кортики, и артефакты.

Серый развернул меня спиной ко всем, и провел кольцом поверху – удавка мягко сползла вниз и запястья освободились. Шевелиться я не могла, оставалось только наблюдать, как он вытащил пару фиалов, поболтал на свету, и влил мне в горло.