Ритуал

Момент, когда Хейли что-то достал из карманов, я пропустила – отвлеклась, мне трижды прилетело в купол и одно кольцо треснуло, осыпавшись крошевом.

– Убить всех! Это приказ! – Анастас держал в руках маленькую черную коробочку с кисточками, украшенную вырезанными символами, точно такую, какую мне когда-то показывали дознаватели. Но сейчас символы на псаковой коробке светились резким голубым светом.

Вокруг стало тихо – вспышки плетений на миг стихли, потому что все со стороны Хейли замерли и застыли, в тех позах, в которых были.

– Убить! Всех! – надрывался Анастас. Коробочка в его руках ослепительно вспыхнула и всё пришло в движение.

Глаза у людей Хейли стали совершенно пустыми – мертвыми, в них не отражалось ничего, кроме блеска магических светляков. Они начали двигаться монотонно и медленно, постепенно набирая скорость, направляясь в нашу сторону. Молча, сосредоточенно, скорость плетений возросла настолько, что чары почти смазывались в воздухе.

Я уже видела это! Ремзи! Псаковы печати!

– Они под управляющими печатями! Не чувствуют боли! Бить насмерть! – проорала я быстро, перестраиваясь.

Хейли изменил ход – переломил, и теперь мы проигрывали – они теснили нас в сторону, единственное, на что хватало – это держать оборону, и больше ничего, об атаках речи не шло. Аларийцы стали почти бесполезны – они положили всех, кого могли, а маги такого уровня им недоступны.

Псаки!

Плетения сверкали в воздухе, защитные артефакты таяли один за другим – камни трескались в крошево, и скоро у меня останутся одни змейки.

"Анастас воспрял духом и почти достиг саней – ему оставалось совсем немного, и я бросилась наперерез.

Назад! Вайю! Отступаем, – кричал Ликас, но я уже обошла двоих, пожертвовав последним артефактом – пустые слишком медлительны, и это наше единственное преимущество.

Я уклонилась от молнии, которую в меня швырнул Хейли, пригнулась, пропуская сверху “стену огня”, и заблокировала ещё один огненный таран змейками – руки задымились. И, уже не выбирая, приложила Хейли целитеским плетением – самым простым, на три узла, которое прошило защиту насквозь и впечаталось в грудь Анастаса, который согнулся с громким криком.