Ритуал

Я опередила Ликаса на пару мгновений, и, быстро сориентировавшись, повисла на шее у Маги, шмыгнув носом – утро выдалось морозным.

– Ма-а-аги… меня обижают…

– Что девочка моя… что… Кто обижает? – до аларийки дошло не сразу, но когда дошло большой половник в её руках выглядел внушительней гладия. Кухонные девчонки подобрались, воинственно сверкая глазами, одна даже перехватила поудобнее сияющую сковороду. Уличная дверь на кухню скрипнула, приоткрываясь, и я, ничтоже сумняшеся, ткнула в нее пальцем.

– Он…

Удар сковороды обрушился на голову посетителя сразу, как только открылась дверь.

– Оу…, – я охнула – это был не Ликас, а один из охранников, закутанный, с покрасневшим от мороза носом и небольшим походным термосом-артефактом в руках – послали за горячим чаем.

Прежде чем я успела сказать хоть слово, сковорода серебристой молнией сверкнула ещё раз, отправив несчастного в глубокий обморок. Аларийцу очень повезло, что на голове была толстая меховая шапка.

– Это не он…, – простонала я.

– Есть ещё супостаты? – Аларийки взбодрились, теперь ещё парочка девчонок перехватили сковороды, и по половнику в каждую руку, видимо для равновесия. – Мы сейчас им всем!

Темная макушка, припорошенная снегом, мелькнула в проходе и сразу скрылась – сегодня Ликас предпочел позавтракать позже.

Лоб, рука, спина, плечо и попа болели – придется кастовать исцеляющие. В сапогах хлюпало – попал снег, и уже приличная лужа набежала на пол. Утро начиналось плохо – я не поговорила с Ликасом по поводу дяди.

– У-у-у-у…, – я шлепнулась на лавку и тут же взвыла ещё раз.

– Вот… сладенькое…, – кухарка ворковала вокруг, и передо мной одна за другой появлялись тарелочки со свежими пирожками, нарезками, печеньем и засахаренными фруктами, моими любимыми. И дымящаяся пиала со свежим чаем. – Еда лечит… мисси покушает и всё пройдёт…

Мисси кушала. Трескала за обе щеки и приходила к выводу, что аллари – очень мудрый народ.

– Фофно патентофать…, – пробубнила я невнятно.

– Мисси?

– Можно патентовать твои пирожки Маги, – я прожевала, запила чаем, отдышалась и выдала, потрясая обкусанным краешком, – как лучшее лечебное средство…

Аларийка покраснела от удовольствия.

– Чего Ликас сегодня такой злой? С утра лютует. Личная жизнь ночью не удалась?

Никто не засмеялся, и даже не подумал похихикать в фартуки, как обычно.