Ритуал

– Вы же не откажите сегодня сире в такой маленькой просьбе…

– Леди, – клерк начал потеть, мучительно пытаясь найти выход из ситуации, – это не входит в мои обязанности…

– Но вы же знаете как? – плащ мягко опустился на спинку кресла, переливаясь дорогим серебристым мехом, щелкнули кольца, чтобы он успел рассмотреть родовое кольцо и количество артефактов. Малую печать я вытащила наружу и покачала на цепочке. – Если не знаете, я покажу…

Пара шагов до стандартной чаши-артефакта с круглой выемкой посередине и малая печать опускается внутрь, прежде, чем мне успели возразить.

Клерк открыл рот и закрыл, сглотнув. Герб Блау с одной чертой сверху переливался в воздухе – одна черта сверху – выше нас только небо и Император, один из родов двадцати шести.

– Вторая Наследница…

Я мягко подбадривающе улыбнулась, и вытащила из внутреннего кармана хорошо знакомый каждому артефакт – личный хран.

Младшие клерк ещё раз изучил проекцию, хран, и принял верное решение.

– … какой именно счёт хотела бы открыть Высокая леди?

Леди хотела личный, без привязки к кольцам и кошелькам, по оттиску родового кольца. Хран активировали и привязали к счету, и, когда клерк проделал стандартную процедуру, чтобы озвучить баланс, он некоторое время молчал, поправляя очки, а потом перепроверил ещё раз.

– Двести, – выдавил он наконец, – если перевести все активы в империалы по сегодняшнему курсу…

– Двести империалов?

– Двести тысяч империалов, леди, – поправил он уверенно.

Люци никогда не был скупым, тем более по отношению ко мне… но двести тысяч… это чистый доход земель Блау за несколько зим, если верить финансовым книгам. Люци даже не Глава – откуда такие деньги?

– Хран был открыт около двадцати двух зим назад в нашем отделении, – клерк поправил очки, – если леди желает, можно поднять свитки.

Леди желала. Пока клерк ходил в архив, я рассматривала уже совершенно бесполезный хран, покачивая его на цепочке.

«Это наш подарок к празднику – возможность выбора». Деньги – это возможность выбора? Почему в прошлом Люци не дарил мне таких подарков, никто не дарил – аксова Фифа, и даже этот плащ – я зарылась кончиками пальцев в серебристых мех. Почему сейчас?

Вестник с неяркой грязно-серой вспышкой соткался в воздухе, и я уже знала, кто пишет.