Ритуал

Большие цветочные веники, странные композиции, совершенно не сочетающиеся по стилю.

– Любая леди должна в совершенстве знать язык цветов.

Я поджала губы. Квинт любил гиацинты и ненавидел розы – этого мне было достаточно. Это я выучила в свое время. Веники мне никто не отправлял – было некому, единственный букет, который я бережно хранила почти декаду, был от Нике – таких редких травок для эликсиров было не достать, и я берегла, отщипывая по веточке, пока девчонки не растащили подарок на ингредиенты.

– Кого вы отвергли? – Бутч развернул к себе первый рисунок.

– Ирисы, видите, какие штрихи, какой нажим, и тени – всё в полутонах. Тоска, печаль, но надежда жива – видите, тут художник усилил цвет, и бутон ириса поднял голову, скоро расправит лепестки… наши чувства очень важны для меня. Колокольчик поник, – менталист погладил кончиком пальца голубые соцветия, – я смирился и буду послушен. Лаванда – вас не заменит никто, не изменю и буду помнить в своем сердце всегда… Продолжать?

Я кивнула с открытым ртом – веники, кто бы мог подумать.

– Астра, много астр, – Бутч хмурится, – и много антириннума. Видите, больше половины композиции…

– А астры – воспоминания?

– Скорбь по утраченному, – поправил меня Бутч. – Антириннум – просьба о помощи, помоги мне, – закончил он неуверенно, протянув руку ко второму из рисунков, но я ловко утащила его к себе.

– Это – личное. Зачем вы меня искали?

– Завтра, – Бутч помедлил, подбирая слова, – очень важно, чтобы вы были послушны.

– Я всегда послушна.

– Не так, как обычно, – усмехнулся Бутч. – Завтрашней операцией заведует сир Райдо, и он против того, чтобы вас ставили в известность… против вашего участия…

– А вы – за?

– За, – коротко кивнул менталист. – Повторения того, что было на Арене не нужно никому.

Бутч рассказал, взяв обет молчания, и не постоянный, а только на декаду – когда они поймают Аю, информация перестанет иметь ценность. Точнее – если поймают. Леди Фелисити мастерски уходила из всех расставленных Управлением сетей уже не одну зиму.

Причин Бутч не назвал, но пятерку Таджо никогда не отправляли по мелочам, по-крайней мере, когда я работала с ними.

Шахрейна сняли с операции, поставив Райдо на время отработки Аю, из-за того, что Таджо в Академии был одним из личных учеников магистра на спецкурсе – отсюда общение на грани рамок приличий. Но Шах никогда не упоминал магистра Фелисити. Никогда. А молчать он предпочитал о позорных страницах своей биографии.